Лонг стори шорт: у нас есть замечательный мир, где избранники волшебных карт Таро живут и играют в современном Лондоне. Но не всё так просто: с одной стороны за игроками бдит особый Департамент, который "стабильность любой ценой", с другой — охотятся научные фанатики, свято уверенные, что правильных избранников для карт можно вывести в пробирке, если грамотно разложить на атомы ныне живущих. Соответственно, есть те, кто за закон и/или науку, а есть те, кто только прикидывается, тайком отмазывает пострадавших и даже готов устроить теракт.
Кого ищу: пёструю компанию персонажей, которые сойдутся в Лондоне, отстаивая свои интересы и убеждения. Все они моему герою кем-то да приходятся.
Обо мне как об игроке можно почитать тут.
Заявки
Тобиас Крамер
Туз Мечей
Julian Richings
Бывший наставник, товарищ по несчастью, собутыльникМистер Крамер — британец голландского происхождения, один из судей Центрального уголовного суда Лондона. Потерял семью во время Великой чумы 1666 года, когда в Лондоне умерли многие тароты и освободились их карты. По неудачному стечению обстоятельств ему достался Туз Мечей, который увеличивает его интеллектуальные способности, продлевает жизнь но и берёт за это очень дорого. Активно, но не всегда явно, участвует в жизни Колоды, явно участвует в работе Суда и заодно является теневым участником политических игр в высоких кабинетах.
В 21 веке наконец-то решился снова завести семью: есть жена, дети и внуки. Продолжает работать в суде, как представитель фракции Мечей сотрудничает с Департаментом особых регистров. Опасается интереса со стороны Палимпсеста, потому что среди внуков есть ещё один избранник карты.
Эйс Крамер
Рыцарь Мечей
Лидер террористической группировки "Полынь"
Jamie Campbell Bower
Единомышленник, вот только методы достижения цели у нас разныеЭйс представитель семейства Крамер, почти все члены которого заняты в силовых структурах: адвокаты, прокуроры, судьи, полицейские и т.д. Честь, справедливость и закон в их семье не пустой звук, а жизненное кредо, но Эйс младшенький, залюбленный и в разные места зацелованный, потому до поры-до времени гнёт хорошей репутации на себе почти не ощущал. Он всегда был себе на уме, задавал неудобные вопросы и с готовностью отметал то, что по его мнению к чести и справедливости не имело никакого отношения. Навязанные иерархии и чужие ожидания это совсем не про него, хотя, как и родственники, отличается благородством и повышенным чувством ответственности в тех областях, которые считает важными.
В жизни выбрал пойти своим путем и защищать пострадавших на ниве цифровой безопасности, чтобы от него точно отстали с силовыми структурами - забился татуировками, как деревенский забор. Ещё во время обучения сошёлся с хакерами, не пойман, потому что краденое распределял, а не забирал.
Чуть не умер от ковида, но получил карту и выжил. Тогда же появился его очень древний дед Тобиас Крамер, который убедил потомка проявить лояльность к Департаменту. С законниками в плане методов и ценностей они, конечно, не сошлись, и тогда парень вышел на террористическую группировку "Полынь"...Ему удалось привлечь средства и скоординировать последователей, хочет сделать группировку полноценной организацией и избавить избранников карт от Департамента и научных фанатиков вообще.
Бертрам Дэвис
Пятерка Жезлов
Спонсор и член подпольной организации "Клевер"
Damian Lewis
Соперник, собутыльник, единомышленник, тот, кого хочется придушить...До получения карты Берти был гениальным ученым — не очень везучим астматиком и, как все гении, странноватым персонажем. Прорывом в его карьере стало изобретение лекарства для лечения подагры на ранних стадиях, которые принесло некоторые дивиденды. Во время пандемии стал избранником Пятерки Жезлов, карты, которая требует других посмотреть и, прежде всего, себя показать. Астма исчезла, фрик превратился в очаровательного мерзавца: собственная компания за несколько лет, громкие открытия, шмотки, недвижимость, тачки. Вот только родовитая буржуазия и аристократия от нувориша не в восторге, а среди таротов никогда не было приятно и просто...
Так что Берти периодически срётся с Департаментом (где себя показать и где «стабильность любой ценой»?), проявляет лояльность к умельцам из лабораторий Палимпсеста и, конечно, не забывает ткнуть всеми своими «новыми игрушками» общественности в морду. На самом деле, Департамент и научных фанатиков в гробу видал, спонсирует подпольщиков из "Клевера".
Грейс Де ЛаКруа
Глава совета директоров De LaCroix Limited
Michelle Pfeiffer
Лапочка-дочкаГрейс представительница семейства зажиточных буржуа, чью историю можно проследить минимум на 3, а то и на 4 века назад. У неё до звезды кузенов и кузин, какая-то родня в Америке и во Франции, семейное гнездо в Кембриджшире и, конечно, пара-тройка легенд в загашнике. Тем не менее, когда её родители разбились в автокатастрофе, никто из многочисленных родственников брать сироту к себе желанием не горел. Никто, кроме очередного Фернана Де ЛаКруа (однако, здравствуйте).
О большой тайне своего родителя Грейс узнала во время финансового кризиса 1992 года, когда тот внепланово и очень сильно состарился. Ему пришлось рассказать кровиночке о таротах и прочих прелестях «другого» Лондона, про подпольные организации, сомнительных представителей закона и научных фанатиков...Ещё лет через десять папенька переписал на неё свою немалую долю в их семейной корпорации и был таков. Единственный момент, когда Грейс перепугалась по-настоящему, был в 2009 году — опыта выживания в период глобального кризиса у неё не было и она не придумала ничего лучше, чем привлечь отца к решению проблем силой.
В данный момент рулит трансконтинентальной корпорацией и помогает подпольщикам из «Клевера».
Мой герой
Фернан Де ЛаКруа
Девятка Пентаклей
В Лондоне с 1670-го года
Sam Reid
Один из гендиректоров De LaCroix Limited, управление регионамиТорговец, бизнесмен, бастард одного герцога, буквально вылез из грязи и выжил чудом. Женился на деньгах, перевёз семью из Парижа в Лондон в далёком XVII веке. Карту получил, будучи глубоким стариком — сказочно омолодился, но у всего есть цена. Его возраст зависит от баланса доходов и расходов, пережил своих родных, но дал начало большой семье, в которой обретается и поныне.
Любит и умеет красиво жить, в Игре давно и останавливаться на достигнутом не планирует. Спонсирует подпольщиков из цеховой солидарности.
Первым заныл шрам на спине — от книги, как сказал доктор — на него тогда из шкафа упали несколько томов. Шрам, однако, был очень ровный и едва заметный, будто бы не стоил внимания. Так что мсье Де ЛаКруа нервно дёрнул плечом и поплёлся к двери, всё-таки нехорошо заставлять гостя ждать...Через мгновение к зуду от шрама добавилось странное покалывание во всём теле — он даже не успел подумать про очередной приступ, просто застыл на месте, со страхом осознавая, что так оно и есть. Второй инсульт. Сегодня. Так рано!
Краем глаза Фернан зацепился за зеркало на стене и обмер окончательно, неспособный выдавить ни звука: какая-то неведомая сила стирала возраст с его лица. Пятна, морщины, седина и даже борода — всё это медленно пропадало, возвращая на место тот самый упрямый подбородок и золотые локоны с портрета над камином. Это мало напоминало волшебство из сказки, ничего не засветилось, добрая фея нигде не пролетала, лишь неверный свет свечей напускал мороку. Раз — и ему снова тридцать!
«У тебя не просто инсульт, ты умом тронулся!» — услужливо подсказал внутренний голос и француз, наконец, заорал от души, отбросил трость, попятился к кровати, по ходу пьесы запутавшись в балдахине и оторвав с перекладины от него кусок. Мерзкая ткань совершенно отказывалась отпускать пленника, потому тот заголосил пуще прежнего, совсем как настоящий сумасшедший.
Помощь из соседнего помещения подоспела быстро, но лучше бы художник молчал...Потому что пленник отбивался неистово, позабыв всякий такт и приятные манеры. Кончилось всё предсказуемо плачевно: чужими усилиями портьера превратилась в капкан, не дающий толком пошевелиться. Перестал ли он от этого голосить? Конечно нет!
— «С кем не бывает»? С кем не бывает?!! — продолжал разоряться месье, тщетно пытаясь выбраться из пут, напрягая все силы и мотая головой.
— НИ С КЕМ ЭТОГО НЕ БЫВАЕТ!!! Это ненормально!! — усиленная возня привела, разве что, к гипервентиляции. Жертва отчаянно засопела, между делом сдула локон, упавший на лоб, и уставилась на мучителя блестящими от гнева глазами.
— Я, может, о душе уже думал! Завещание написал! Что я скажу детям? Они же мне не поверят...Никто не поверит... — переход от ругани к страху и грусти был моментальным. Чувствовалось, в молодости «достопочтенный» регулярно давал окружающим «прикурить» и ничуть этого не стеснялся. Он успокоился. С возрастом. Который у него отняли!
— Собравшееся общество решит, что Вы, сударь, поймали вора и тащите его на праведный суд, — наконец, фыркнул страдалец и (вроде бы) немножко успокоился и даже почти перестал брыкаться. Ежу ясно, в лучшем случае его примут за какого-нибудь дальнего родственника, в худшем — дочери ему поверят, потому что ещё наверняка помнят золотоволосого мужчину с портрета. Какой ужас...Зачем? Что он сделал — и, что важнее, что он сделала не так, ежели заслужил подобные метаморфозы?— Если вам нужны ответы, я могу дать... некоторые, — француз опасливо замер, судорожно пытаясь понять, где у него не сходится. А там не то, что не сходилось: относительно собеседника в его восприятии зияла прям-таки огромная дыра. Что за неизвестный Валийский художник в итоге? Он увидел, как семидесятипятилетний старик вдруг помолодел лет до тридцати — и никакой реакции! О каких чудесах речь? Господи, какой мутный тип и где были его глаза! Хозяин особняка возвел очи горе и нервно дёрнул плечом — мол, разворачивайте, чего ждёте?
— Может, для начала объясните, кто Вы такой на самом деле? Или Вы наблюдаете по три омоложения в неделю и для Вас это в порядке вещей? — с недоверием пробурчал мужчина и для профилактики отполз подальше, к сейфу.«Да, в таком виде я вряд ли далеко уеду», — он вздохнул, без напряга открыл сейф, забрал деньги — смутная надежда на то, что всё вернётся, как было, тут же растаяла. Не помогло. Ладно. Новый знакомый прав: из дома надо валить, пока их не поймали. Только в чём валить-то? Кое-кто в город без большой надобности последние лет пять не ездил, почти вся его одежда предназначена для того, чтобы максимум гулять в саду и, конечно, греть сожранные подагрой кости. Фернан в сердцах бросил мешочек с деньгами на кровать и принялся копаться в сундуках в другом углу комнаты.
«Конечно, подагра...», — бедолага замер второй раз, сидя на корточках у сундука, с сапогом в одной руке и рубахой в другой. Он отбивался — и ничего не было, отпер сейф, открыл сундук, сел — и...тоже ничего. Не было боли, к которой за два десятилетия мсье Де ЛаКруа привык, как к своей верной спутнице. Время действительно повернулось вспять.
Отредактировано Neutral_A (2026-01-07 02:35:05)
