ИЩУ САМОГО НЕРАДИВОГО ПАЦИЕНТА НА СВЕТЕ

Travis Fimmel

СТИГР | STIGR
человек | 36 | хирдманн

• Желаемый образ
- Выживший воин хирда Уббе Бьорндалена. Молодой князь, его отец и довольно большая часть войска - были убиты и оставлены на поругание скъяллцами. Стигр и сам не знает, на самом деле, как выжил. Саму битву помнит достаточно смутно.
- Род Стигра известен в Уппаре, как хорошие охотники и следопыты. Местные леса он знает великолепно, с повадками зверья знаком хорошо, так что в мирные дни Стигр иногда промышлял тем, что набивал пушнину по лесам да продавал ее на торге.
- В 579 году познакомился с Сундри. Тот сначала вылечил молодого князя, потом добрался и до Стигра. Лучший и худший день в его жизни. Потому что клирик в состоянии отчитать так, что чувствуешь себя нерадивым мальчишкой, хотя уже давно вышел из этого возраста.
- Стигр легок на подъем, поэтому когда жизнь заносила Сундри в Уппар, то довольно часто тот, с дозволения Уббе, уходил сопровождать неугомонного, в своем страстном желании помочь людям, клирика Дьюны. Все-таки одному шататься по большаку было довольно опасно.
- Стигр не так, чтобы религиозен и его вера в Удалла, скорее дело семейное, чем личный выбор. Объясняет иной раз это так: "Иногда нужно во что-то верить, иначе жить не хочется".
- Куда больше Стигр верит в собственное оружие и тех, кто на поле сражения стоит рядом с ним плечом к плечу. В целом, он не склонен к некоторой безбашенной удали, которая иногда просыпается в линдах, он довольно трезво оценивает свои силы и возможности, и вполне способен отступить, чтобы потом нанести новый удар.
- Стигр любознателен, ему нравится говорить с гостями из разных земель, слушать их истории. Иногда ему кажется, что возможно идея попутешествовать - не так уж и плоха, но проблемы родной земли - важнее.
- Стигр не ладит с ручным вороном Сундри. По какой-то неведомой мужчине причине птица его невзлюбила. Хотя тот ничего этому "комку перьев и крика" не сделал.

• Отношения с вашим персонажем
Очень близкие. Даже слишком близкие.
Это и близость друзей, прошедших многое. Это и близость целителя и пациента (одного из самых беспокойных по мнению Сундри).
Это отношения, которые выросли из крепкого товарищества, вынужденной необходимости доверить лечение, часов проведенных в дороге и в разговорах, в пережитых приключениях (и злоключениях).

• Для чего разыскиваете, планы на игру
У нас тут в Линдисфьялле вагон проблем. Даже не знаю с какой начать... Князь и его страший сын мертвы. Младшего Ингве - никто не готовил к бремени власти. Окружение у князя неблагонадежное, вот наша задача быть благонадежным окружением. Влипать в разнообразные неприятности, превозмогать их с матом (с твоей стороны) и обращениями к Милосердной (с моей). Без игры на локации - не останешься.
В личной игре тоже есть что повертеть. Есть такая классная штука в мире, называется "клятва крови", есть вариант как ее повертеть, чтобы сделать жизнь персонажей в чем-то попроще, а в чем-то невероятное более сложной.

• Тип приемки
Я буду не против супер-упрощенного шаблона на месяц, чтобы поиграть, посмотреть, нарастить хэды по персонажу и только потом писать анкету. В персонаже меняемо все, кроме внешности.
Я очень прошу посты без лапслока. И это все, что я прошу для себя.
От меня можно получить пост размером от 2.5 до 3.5к (может быть больше, но я реалист). Скорость отписи средняя будет. Стараюсь долго не держать, максимум неделя. Если что-то случается - предупреждаю.

Пример поста

Война принесла его в Уппар, как волна приносит на берег корягу — с безжалостной, но мягкой настойчивостью. Сундри и сам этого не заметил, просто переходил от одного раненного к другому. Кого-то он исцелял, кому-то хватало настоя трав, где-то нужно было зелье, другому — менял повязки, а кто-то... кто-то получал последнее, что Дьюна могла бы ему дать в его подлунной жизни — избавление от страданий, мягкую смерть. "Милосердии Ее с тобой", — шептал он.
Да, в этот раз его путь в Уппар был монотонен, окрашен в алый, озвучен стонами.

Город встретил его нервным гудением, не таким, как это обычно бывало. Уппар всегда был шумным городом, особенно для того, кто проводил много времени в дороге, переходя от одной деревни к другой или же проводил дни в тишине храма Дьюны. В этот раз город, правда, шумел совершенно иначе. Ноги сами вынесли Сундри на торг, несмотря на войну — торговля шла, возможно не так бойко, как когда-то, но шла. Именно торг и принес Сундри вести о том, что князь Олаф и его старший сын — погибли. Он сначала не поверил, хотел было поймать за руку старуху, которая это прошамкала проходя мимо него, но потом... торг гудел об этом. И о том, что князем стал тот, кого не пророчили никогда на это место. "Ингве?", — младшего брата Уббе, Сундри не то, чтобы знал. Скорее, просто видел мельком. Несколько лет назад, их походя представил друг другу наследник. Они тогда просто обменялись кивками голов да разошлись, каждый в свою сторону. "Вот как вывернулось все..." — Сундри вздохнул, и посмотрел в небо. Там, в небесной выси, парил Синдри. Ворон продолжал следовать за ним, видимо, полагая, что все еще должен своему спасителю. Птица не понимала, что милосердие Дьюны касается не только людей.

Дорога до усадьбы Бьорндаленов была удивительно тяжелой. Они с Уббе были... друзьями? Наверное, всем это казалось смешным — настолько разными они были. Но жизнь штука запутанная, иногда... Сундри вздохнул. Он шел с ожиданием встретить старого друга, а сейчас ему придется иметь дело с тем, кто потерял всю свою семью. Клирику отчаянно хотелось верить, что у него хватит сил.

— Кто? — его остановили у самого входа, не грубо, но уверенно. "Берегут последнего князя?", — мысль разумная и горькая. Самого Олафа Сундри почти не знал, да и видел его всего несколько раз. Три раза здесь, в Уппаре, и один раз князь почтил своим визитом храм.

— Сундри, клирик Дьюны. Мне... нужно донести князю весть о том, что земли храма захвачены скьелльцами...

— Вот же сучьи дети, — взгляд стража скользнул по рукам Сундри. Татуировки Милосердной сложно подделать, особенность мастеров храма. Они были на пальцах, частично касались кистей, и уходили под рукава. — Проходи, — ему кивнули головой. "Как много дурных вестей уже принесли молодому князю?", — знание того, что добавляешь еще — не радовало.

Усадьба казалась мертвой, пустой. Сундри помнил ее другой, но, да, тогда и время было совершенно другим. Ингве он увидел сразу, хоть почти и не знал того в лицо. Было в его осанке что-то... отчаянное, что ли? А может так просто казалось.

— Князь Ингве, — голос клирика звучал тихо, но в странной тишине, которая сейчас охватывала усадьбу, казалось, что он почти кричит. — Меня зовут Сундри, я — клирик Дьюны, — не было у Сундри уверенности в том, что его помнят, поэтому представился полно. — Принес дурные вести. Земли храма захвачены скьелльцами. Сам храм не захвачен, — "Пока что... А может уже и пал? Откуда ты знаешь? Ты столько дней в пути был", — но Сундри хотелось верить в лучшее. — А клирики, жрецы и жрицы — не будут подчиняться захватчикам. Мы верны роду Бьорндаленов и поддерживаем его, однако, мы... не воины. Я прибыл с просьбой о помощи храму, князь.