КОЛИЧЕСТВО НАПИСАННЫХ ПОСТОВ 123

КОЛИЧЕСТВО ИГРОКОВ, ПРИНЯВШИХ УЧАСТИЕ 59

Caroline Forsberg написал(а):

Реальность встречала до одури своей строптивой естественностью, осознанием самой себя здесь, у костра, в импровизированном кругу, казавшимся островком чуждого порядка, частью которого являлась их небольшая группа. Вот они, все, Астрид, Кеннетт и Джаред, поначалу будто бы чужие люди, но с каждой секундой становящимися «своими», как если бы они вернулись из долгого путешествия, вот только… что-то изменилось, что-то стало другим, иным, чуждым…

Konol Fratley написал(а):

Подобрав только контакты временных напарников, сид прошёл за Эпшоу внутрь коридорной арки. Иллюзии Эйль наводила и без применения магических способностей: достаточно было оказаться внутри её заведения, — и вот ты веришь в свою исключительность. Тёмное дерево под ногами как огромный подиум; в подчинении вокруг огромные куски пустоты; золота так много, что оно лилось вместе со светом; даже узоры художников на обоях казались высокопарными, а не разовой размазнёй.

Nancy Drew написал(а):

Его голос донёсся снизу, глухой и деловой. «Нашёл». В его тоне не было триумфа, только холодная констатация факта и желание поскорее закончить. Сердце ушло в пятки. Он действительно её нашёл. Одно слово, которое ставило жирную окончательную точку в истории Стейси. Это был не призрак, это были её кости. Реальные, настоящие. Последнее, что осталось от её улыбки, её страха, её несостоявшегося будущего...

Astrid Ingram написал(а):

Коты бывают удивительно несносны при всей своей грации и шарме. Вероятно, это часть их харизмы. Астрид хорошо знала это по кошке Фрейи, которая прибилась к ней захаживать за сладким молоком после того путешествия по скандинавским землям. Однако и она не позволяла себе превращаться в молодого юношу прямо в руках валькирии.

КОЛИЧЕСТВО НАПИСАННЫХ ПОСТОВ 92

КОЛИЧЕСТВО ИГРОКОВ, ПРИНЯВШИХ УЧАСТИЕ 51

Gina Stover написал(а):

Утром кошки на коленях нет. На столе, рядом с пустой кружкой, лежит открытый блокнот Клэр. Лишь на столе, рядом с остывшей, пустой кружкой, лежит открытый блокнот Клэр. Страница аккуратно раскрыта на стихотворении о камышовой кошке, словно намекая: это то, что ТЕБЕ, Джина, надо увидеть и принять. — Ну вот, ушла, — констатирует Стоувер с лёгкой, едва уловимой ноткой разочарования в голосе. Она проводит подушечками пальцев по чернильным строчкам, как будто пытаясь ощутить след тех самых шелковых лап.

Marissa Navas написал(а):

За свою жизнь она успела прочувствовать многое: первую несчастливую влюбленность, предательства, почти животный страх за собственную жизнь, но чего не случалось, так это почувствовать себя желанной, такой какая есть, без условий, без потребности скрывать что-либо. Она — ведьма, смертные мужчины не знали и не понимали, были эгоистичны в своих порывах, желая получить в копилку очередной «трофей». Об этом не задумываешься, когда хочется снять напряжение, но эта мысль гложет одинокими вечерами.

Elias Dorsay написал(а):

Может быть, теперь Уильям потребует от него уйти. Пускай. Может быть, Элиас упал в его глазах. И ладно. Чудесно было ничего не знать — в эту минуту, когда власть была у темноты, стиравшей выражения лиц, и тишины, отпугиваемой только дыханием. Это было настоящее. И Элиас, отнятый у театрального притворства, был подлинным в нём. Лишённый своих актёрских гримас. И немой.

Sebastian Remington написал(а):

Воспоминания  – горькая настойка, одновременно дарящая утешение и растравливающая незаживающую рану сердца. В каждой мелочи спрятан свой триггер, в близости крупного горячего тела, в цвете, в запахе, в текстуре — в чём угодно, вплоть до ощущений, во всём скрываются воспоминания. Потому что всё, совершенно всё, всё без каких-либо исключений, неразрывно с связано. С ним. Было и есть. Всё о нём же и напоминает. Каждая деталь мироздания – всё пропитано его эхом, словно мир огромный, звенящий колокол, неустанно повторяющий его имя.

О   П Е Р С О Н А Ж Е

---

Внешность:
Рост: Высокий (около 185 см)
Телосложение: Крепкий, атлетический
Цвет волос: Чёрные, средние или коротко стриженые волосы
Цвет глаз: Глубокий карий оттенок
Особенности внешности: Шрам на левой стороне шеи, полученный в результате аварии
Манера одеваться: Предпочитает удобную одежду спортивного стиля, но выглядит элегантно и аккуратно.

Характер:
- Храбрый и ответственный лидер
- Оптимистичен и позитивен
- Эмоционально устойчивый и уравновешенный
- Любит проводить свободное время на свежем воздухе
- Имеет чувство юмора и легко заводит дружбу
- Очень любит и защищает младшую сестру Лу (возможно, продал душу, чтобы её спасти)

Вырезки из био:
- Детство мальчика прошло в условиях постоянной борьбы за выживание: матери приходилось совмещать работу врачом и воспитание детей, после гибели отца. Из-за чего она часто отсутствовала дома. Чтобы облегчить жизнь семьи, Техиро начал помогать матери, ухаживая за младшей сестрой и беря на себя домашние обязанности.
- Старший сын стал примером для сестры, защищая её от неприятностей и трудностей. Детские травмы, полученные в раннем возрасте, сделали его зрелым и ответственным молодым человеком.
- Интерес к медицине появился у юноши в подростковом возрасте, когда он понял, что хочет последовать примеру отца и стать доктором. Однако сильное увлечение спортом и физической подготовкой повлияло на выбор будущей профессии. Решив пойти по стопам старших родственников-военных, Техиро поступил в военную академию на факультет медицинской подготовки. Там он показал отличные способности к изучению анатомии, хирургии и физиологии, став одним из лучших студентов курса.(можно изменить под другую профессию).
- Для Техиро важнейшим приоритетом остаётся защита и помощь близким людям. Особенную привязанность он испытывает к младшей сестре Лу, которую называет "маленький чертёнок". Их взаимоотношения строятся на взаимопонимании, взаимоуважении и искренней любви. Техиро всегда готов встать на защиту сестры, обеспечить ей комфорт и безопасность, способствовать развитию её талантов и реализовать мечты.
- Важнейшим принципом его воспитания становится формирование сильного характера, честности и порядочности, стремление достигать высоких результатов путём упорного труда и настойчивости.

О Б Е Щ А Н И Я

---

Этот персонаж отличается харизмой, храбростью и ответственностью, что позволит гармонично вписаться в игровой процесс и добавить глубину сюжету. Это всего лишь набросок, многое можно изменить под свой вкус. Оставляю за вами право на развитие характера, его жизни. Никаких рамок, для реализации вашего потенциала. Хотелось бы оставить нашу особую связь между персонажами. Очень много идей на развитие как личных веток, так и общих сюжетов. Без игры я вас точно не оставлю, я достаточно активный игрок, с придурью конечно, но зато не скучно будет.

Вырезка из прошлого:

Лу обожала своего старшего брата Хиро всеми фибрами души. Она помнила, как тяжело ей было переживать болезнь, когда слабость и страдания затуманивали разум и лишали сил. Но именно в те непростые времена брат стал её настоящим героем, главным оплотом, единственным человеком, способным подарить надежду и веру в лучшее завтра. Пока врачи боролись за её здоровье, старший брат находился рядом круглосуточно. Он читал ей вслух любимые сказки, приносил вкусные лакомства, развлекал разговорами и играми. Когда самочувствие ухудшалось, он держал её руку, успокаивал ласковыми словами и молча разделял горечь того времени. Когда наконец наступило долгожданное выздоровление, Техиро продолжил оставаться опорой и другом. Даже после возвращения домой он ежедневно навещал сестру, проверяя её самочувствие, приглашая гулять в парк или играть в настольные игры. Его присутствие вносило радость и веселье в серые будни восстановительного периода. Тогда она ещё не знала, кто из близких пошёл на сделку с демоном, чтобы она излечилась, смогла узнать по настоящему, какой может быть жизнь вне больничной палаты. По сей день Лу благодарна брату за его любовь и поддержку. Именно благодаря ему она преодолела тяжёлые испытания, сохранила оптимизм и доброе отношение к жизни. Любовь к Техиро — одно из главных чувств, наполняющее её сердце счастьем и уверенностью в завтрашнем дне.

С В Я З Ь   С   В А М И

---

Пожелания на игру: От себя оставляю обещание: любить, холить и лелеять тебя мой братец. Пишу птицей тройкой, от одного поста в день, в среднем от 5к и выше, сюжеты динамичные. Всё зависит от вдохновения и времени, но тебя я не оставлю на произвол судьбе. Так же не привязываю тебя как игрока к своему персонажу, ты волен делать, что твоей душе угодно. Главное не уходи по английски, я всегда открыта к диалогу.
Связь: ЛС, а дальше хоть в ТГ, хоть в любой другой мессенджер.
Права на персонажа: в случае возникновения конфликтов, недопониманий и т.д.  персонаж остается у заказчика и будет возвращен в акции/передан другому игроку (всё же это брат и он очень дорог моему сердцу)

пост заказчика

Как же удивительно порой складываются обстоятельства нашей жизни... Подруга по группе вдруг предложила провести лето вместе у неё в доме, расположенном на самой окраине шумного Бостона. Родители её неожиданно отправились путешествовать и оставили Саре ключи от своего уютного домика, окружённого живописным садом и зеленью деревьев. Здесь невероятно тихо и спокойно, даже несмотря на близость большого города. Кажется, будто мир остановился именно здесь, позволяя насладиться каждой минутой свободы и вдохнуть полной грудью свежий воздух. Я сразу поняла, что это идеальное место для моей души художника, ведь вокруг столько красоты и гармонии природы... Каждый день начинался одинаково волшебно: солнце мягко пробивалось сквозь ветви старых деревьев, приветствуя меня теплым лучиком прямо в лицо. Первым делом я выходила на террасу, чтобы полюбоваться рассветом и набраться сил для нового творческого дня. Сад словно оживал утром: птицы щебетали, цветы распускались навстречу солнцу, а легкий ветерок играл листьями и травинками. Именно в такие моменты я осознавала, насколько важно иметь тихое убежище, где ничто не отвлекает тебя от главного дела твоей жизни — живописи. Именно здесь я начала экспериментировать с цветом и формой, пытаясь уловить тонкую грань между реализмом и абстракцией. Картины выходили яркие, эмоциональные, отражающие всю красоту окружающего мира и внутреннюю гармонию моего сердца. Я с детства люблю рисовать, а родители привили любовь к природе и жизни. Не смотря на хмурое детство, когда я проводила большее время в больнице. Сейчас я ощущала себя живой и свободной.

Родители остались жить в Бруклине, а мне позволили учиться там, где пожелает моя душа. Семья всегда поддерживала меня и вдохновляла на подвиги. Я не нуждалась в деньгах, но всё же, поступила на бюджет и получаю вполне не плохую стипендию за успехи в учёбе. В будущем, хочу открыть свою выставку. Кто знает, может из меня выйдет отличный художник. Ещё моя сильная сторона - это голос. Мне нравится посещать фестивали. Да и музыку я люблю, она помогает раскрываться моему внутреннему потенциалу. Всё начиналось с посиделок в караоке баре, где ребята подначивали меня спеть песню, которую я сочинила для брата. А после, на выступлении в творческом номере в академии, мне предложили заняться музыкой, но тогда я отказалась, потому что была не уверена, что готова посвятить этому жизнь. Но с удовольствием исполняю произведения в каком-нибудь баре, где меня никто не знает. Просто, музыка это то, что помогает мне раскрыть чувства, эмоции, которые я привыкла сдерживать внутри себя.

Я сидела на любимой деревянной скамье на просторной террасе, наслаждаясь первым глотком горячего ароматного кофе. Утро было ясным и солнечным, свет проникал сквозь густые кроны векового дуба, отбрасывая причудливые тени на зелёную лужайку сада. Воздух наполнился запахом свежих цветов и влажных листьев, смешиваясь с ароматом свежего молотого кофе. Рассвет залил пространство мягким золотистым светом, озаряя каждое уголок усадьбы тёплым сиянием. Далеко внизу виднелись крыши домов соседнего квартала, утопающих в зелени, создавая впечатление полного покоя и умиротворённости.

- И всё же, здесь так здорово. Может и мне стоит съехать с квартиры и купить домик в такой местности? - раздумывала я в слух, касаясь кружки с напитком.

Чашка кофе медленно остывала в руках, а мысли плавно перетекали в прошлое, возвращая меня в те детские годы, когда больничные коридоры стали привычной средой обитания. Тогда я жила лишь ожиданиями выздоровления и возможностью снова почувствовать свободу, дышать полной грудью и заниматься любимым делом — рисовать. Сейчас же я была свободна от болезней, ограничений и предрассудков. Моя мечта воплотилась в реальность: я учусь искусству, расту профессионально и финансово обеспеченно, хотя стипендия и скромна, она позволяет сосредоточиться исключительно на творчестве. Мысли витают свободно, порождая образы будущих произведений, картинами, полными света и ярких оттенков. Делаю очередной мазок на большом холсте с улыбкой на лице. Подруга ещё спит и я наслаждаюсь своим одиночеством в полной мере. Не сказать, что я не привлекаю внимание посторонних, но с личной жизнью пока не складывалось. У меня были свои причуды и достаточно взрывной характер, не каждый был готов с этим ужиться. В основном, парни цеплялись за мою внешность, желали развлечься, а у меня были совсем другие планы. Почему-то мысль вновь вернулась к одному аспекту жизни, который оставался нерешённым и тревожащим душу. Прошлое с болезненными переживаниями ушло навсегда, но будущее выглядело туманным и неопределённым.

— Почему так сложно найти свою вторую половину? — прошептала я сама себе, слегка смутившись возникших чувств.

Глядя на друзей, чья семейная жизнь складывалась удачно, невольно задавалась вопросом: «Почему я не могу встретить того самого?». Задавшись целью разобраться в ситуации, погрузилась в размышления. Возможно, дело заключалось в моём характере — немного дерзком, требовательном и самостоятельном. Может, мужчины боятся моей энергии и целеустремлённости? Друзья говорили, что я красивая девушка, одарённая природой талантом и харизмой. Тем не менее, отношения оставались поверхностными и мимолётными. Парни приходили и уходили, очарованные внешней привлекательностью, но неспособные принять мою индивидуальность и вторую сущность, что гармонично вписывалась в общий облик. Иногда казалось, что проблема заключается в завышенных требованиях к партнёру. Идеал представлял собой мудрого, понимающего мужчину, готового поддержать мои творческие амбиции и разделить взгляды на жизнь. К сожалению, подобные качества редко встречались в реальности. Я не хотела быть чьей-то игрушкой, с которой хотелось лишь развлекаться. Мне хотелось почувствовать, что такое настоящая любовь. Перебирая мысли в голове, я попыталась представить идеальный сценарий встречи со второй половиной. Вероятно, ситуация сложилась бы иначе, будь я чуть мягче и терпимее к окружающим. Осознание этого факта помогло прийти к выводу, что изменения начинаются изнутри. Необходимо научиться проявлять заботу и понимание к другим людям, не забывая о собственной уникальности и достоинствах.
Отложив кисточку, посмотрела на картину, завершившуюся глубокими оттенками голубого неба и нежных розовых лепестков. Художественное произведение отразило моё внутреннее состояние — спокойствие и лёгкость переплетались с нотками грусти и задумчивости.

— Наверное, встреча с судьбой ещё впереди, — вздохнула я, отпивая последний глоток остывшего кофе. Осталось лишь дождаться момента, когда появится человек, готовый оценить мою настоящую сущность и искренне любить такую, какая я есть.

После выздоровления я заметила, как во мне пробуждается особая сила. Сначала это проявлялось едва заметно: молодые люди рядом со мной становились беспокойнее, словно их притягивало ко мне магнитом. Взгляды задерживались дольше обычного, разговоры затягивались, превращаясь в долгую беседу ни о чём. Казалось, я буквально впитываю энергию собеседника, заряжаюсь ею, чувствуя необыкновенный подъём и удовлетворение. Я всё ещё не понимала как она работает, но после совершеннолетия, началась странная череда совпадений, от которых по коже разбегались мурашки. Однако вскоре я поняла, что не контролирую этот процесс. Энергия мужчин истощалась быстро, вызывая у них усталость и раздражение. Многие начали избегать встреч со мной, предпочитая компанию более спокойных девушек. Со временем проблемы усугубились: влюбленные признавались в чувствах или становились сталкерами, близкие испытывали необъяснимые симпатии, а сокурсники восхищённо смотрели на меня, даже не осознавая причины такого поведения. Это пугало меня, потому что было трудно разобраться как это работает на самом деле. Эти ощущения настигали меня неожиданно, подобно вспышкам яркого света посреди тёмной ночи. Во сне, наяву, в повседневной жизни — внезапно появлялись странные фрагменты воспоминаний, не принадлежащих мне лично. Видения прошлого, незнакомых лиц, голосов, мест — словно посторонняя лента памяти прокручивалась в сознании. Сначала я думала, что это всего лишь последствия тяжёлой болезни и стресса, пережитого в детстве. Но позже поняла, что ошибалась. Воспоминания отличались невероятной чёткостью и реалистичностью, погружая меня в чужой мир, полный боли, страха и отчаяния. Так я начала неосознанно закрываться от реального мира. Боясь причинить кому либо вред. От размышлений меня отвлек силуэт, что двигался вдоль маленького заборчика у соседнего дома. Там явно кто-то был, но рассмотреть со своего места, у меня не получалось. И оставалось ждать, когда фигура покажется сама.

КОЛИЧЕСТВО НАПИСАННЫХ ПОСТОВ 190

КОЛИЧЕСТВО ИГРОКОВ, ПРИНЯВШИХ УЧАСТИЕ 79

Owen Hayes написал(а):

Здание наполняла тишина — вязкая, как кисель. Ни далекого шума улицы, ни перелива воды в трубах, ни радио, включенного где-то на верхнем этаже, ни перебранки соседей, мягко слышимой сквозь перекрытия. И тем необычнее казались звуки, которые время от времени нарушали ее. Где-то наверху раздавался глухой стук, словно что-то билось в окно. Там, за дверей одной из квартир, из плотного небытия снаружи в стекло врезалась маленькая черная птица. Каждый раз она замертво падала на подоконник и, вздрогнув, исчезала в ряби непроницаемого воздуха, чтобы через минуту снова оказаться убитой тем же ударом.

Rave Acrow написал(а):

Когда не знаешь правил игры, лучше притормозить и осмотреться. Есть шанс, что эти правила будут озвучены, подсказаны, написаны крупными буквами на коробке с этой самой игрой, в которую ты попал. Я редко чувствую себя недогоняющим. Недогадливым. Очень редко. Но сегодня тот самый случай. Да, мы с Ленор любим загадки и ребусы, нам приходилось часто разгадывать их, чтобы выжить и спасти других.  И вроде пока это удавалось. Пока...

Manfred Sullivan написал(а):

Рыжеволосая девушка с тальком из веснушек, казалось, воспламенилась ещё до конца поездки, и каждое своё действие исполняла то ли с рвением, то ли с нервной попыткой удержать этот незапланированный огонь в её упругой, почти неприлично обтянутой форме заднице. Когда не терпелось, но срываться было нельзя. Хуже, чем не успеть в туалет. Мэнни пытался не задать самому себе вопрос, неужели и он был таким — и всё равно задал. Возможно, он был даже хуже.

Edrien Smith написал(а):

Эдриен, зажатый внутри себя самого, был маленьким и ничтожным — Нильсом в шляпе Розенбома, щепкой в бурной реке, пылью в луче света, и это было прекрасно и ужасно одновременно — ощущать себя орудием, Божьей Десницей, и Эдриен из последних сил стремился не мешать Амалиэлю, но не мог переломить свою человечью породу. Он был сильнее любого человека, и всё же он был слаб.

О   П Е Р С О Н А Ж Е

---

Грейс было около десяти лет, когда ее мать, сержант полиции Бостона, которую от новой, безопасной должности отделял всего месяц работы, погибла во время задания. Следующие непростые годы ее воспитывали бабушка и дедушка. И, чем старше становилась девочка, тем сильнее она утверждалась в желании пойти по стопам матери.
Для девушки столь миловидной внешности работа стала тем еще испытанием. Мало кто воспринимал ее всерьез, а фамилия стала не только причиной сравнений с матерью, но и некоторой предвзятости от старших коллег. Это породило немало сомнений в выбранном пути, некоторые из них молодому офицеру еще предстоит преодолеть, благо, пока ей есть на кого положиться. Взять хотя бы детектива, который когда-то был подчиненным матери Грейс и до сих пор винит себя в гибели наставницы. После тех трагических событий, Фрэнк Нолан нередко был гостем в семье Маклин, но когда Грейс высказалась о желании пойти учиться в полицейскую академию, приложил немало сил, чтобы ее отговорить.
Первые годы службы не изменили характера полицейской, но помогли обнажить некоторые качества, не всегда полезные в работе. Она несколько упряма, бывает вспыльчива (отшучивается — сказываются ирландские корни), но чтит субординацию. Грейс также остается доброй девушкой, не желающей мириться с несовершенством системы и цинизмом, которым, как броней, обрастают старшие офицеры.
Но кто знает, что ждет ее впереди?

О Б Е Щ А Н И Я

---

Минимум — активная игра и помощь в адаптации на форуме.
Максимум — хотелось бы развить между персонажами крепкие отношения "наставник-ученик", в результате которых они оба вырастут, залечат раны и обретут что-то новое, возможно близкое к понятию обретенной семьи.
Вообще очень хочется увидеть, как Грейс начинает жить как самостоятельный персонаж. Пусть влипает в неприятности, надирает задницы, зачитывает права каждому, кто того заслуживает, пусть влюбится или отложит это на потом, пусть живет, как и положено молодой девушке. Но, главное, пусть помнит, к кому обратиться, если попадет в беду.

С В Я З Ь   С   В А М И

---

Пожелания на игру: хотелось бы видеть относительно активного человека, способного писать хотя бы один пост в неделю для одной игры. Грамотность вещь приятная, но я в этом плане не душнила, сильнее всего ценю в соигроках гибкость и фантазию. Размеры постов у меня варьируются в зависимости от сюжета, в среднем это 5к, предпочтительно от третьего лица, строго не терплю лапслок — хотелось бы, чтобы в этом плане мы совпадали.
Связь: для начала гостевая и ЛС
Права на персонажа: в случае возникновения конфликтов, недопониманий и т.д. персонаж остается у заказчика и будет возвращен в акции/передан другому игроку, но если мы просто не сыграемся, спокойно отпущу персонажа на волю, оставляя за собой право упоминать персонажа в постах.

пост заказчика

Наполированный полицейский "форд-эксплорер" резко свернул с шоссе и затормозил, поднимая клубы пыли, рассекаемые светом мигалок. По сравнению с собственным "фордом", эта машина ощущалась как новобранец против детектива накануне выхода на пенсию. Жизнь то и дело подкидывала этой машине новые приключения, но она все еще умела совершать сумасшедшие маневры, не боялась перестрелок и вообще, казалось, страшно гордилась собой.
Фрэнк оценил участников вечеринки поверх приборной панели и вышел из машины, держа пистолет наготове. Получилось слишком быстро, так что частички песка коснулись лица, заставляя детектива поморщиться.
Трой Бишоп подскочил с крыльца, едва не выпрыгнув из штанов.
— Диспетчер, у нас тут гражданский арест, код четыре, — голос по ту сторону машины звучал серьезно. — Запрашиваю подкрепление.
Молли Андерсон, офицер первого года службы, очень старалась выглядеть профессионально. Ее курчавые рыжие волосы, туго стянутые на затылке, тоже покрывались песчинками, пока она сосредоточено смотрела перед собой, сжимая в одной руке пистолет, в другой — рацию. Это должен был быть ее арест и ее звездный час, и Фрэнк был не против уступить ей это задержание, но планы в этой работе редко шли как надо.
Фрэнк одарил задержанного тяжелым взглядом, какой и положено иметь тому, кто мечтал сегодня уйти с работы пораньше. Затем кивнул Андерсон и зашагал ко второму парню, все еще держа руку на кобуре. Незнакомец выглядел потрепанно, но не опасно. Обстановка была куда занимательнее.
— Детектив Фрэнк Нолан. Это вы его задержали? — у него было куда больше вопросов, которые он ограничил простым признанием: — Мне прям не терпится узнать все подробности. Сэр.
Вымученная вежливость сдала его с потрохами, с этим делом хотелось закончить побыстрее. Он бросил взгляд на Андерсон: офицер, краснея от натуги, пыталась усадить Бишопа в машину. Тот не то чтобы упирался, скорее раздражал своей жизнерадостностью золотого ретривера, откусившего лицо хозяину и не понимающего, почему его везут усыплять.
— Господин полицейский! Эти огни, они все для меня, не так ли?! — он засмеялся, гаденько так, как умели делать только сумасшедшие. — Мы устроим крестный ход!
— Да, да, полезайте в машину, епископ, пригните голову, — Андерсон знала, что за ней наблюдают и очень старалась вести себя так, как в ее представлении должен был вести себя крутой коп.

Правда до крутого копа ей было как от Бостона до Голуэя, города ее предков. У Фрэнка-то особо не было выбора, он был обречен на эту работу, как то случалось с детективами регулярно. Время от времени ты просто был обязан вспомнить каково это, работать на улицах. Чаще всего детективы проходили это испытание без каких-либо сложностей, в его случае все начиналось также. Накануне они ездили по всему Бостону в поисках правонарушений, Молли была за рулем, что, как он надеялся, заставит ее меньше болтать. Но водитель из нее был отличный, а вот офицер... Надо было признать, она раздражала его так сильно только потому, что напоминала его самого в первый год.
Ей понадобилось около сорока минут чтобы признаться, что она мечтает работать в убойном, около двух часов, чтобы рассказать о том, как ее недооценивают коллеги, еще через час начались рассказы о семье. Обычная история: прадед был копом еще в Ирландии, дед уже в Бостоне, отец был капитаном полиции на пенсии. Несколько поколений славных рыжеволосых воинов породили на свет четырех рыжеволосых девчонок и ни одного мальчика. Больше не было особой надежды на продолжение полицейской династии, пока младшая из них не заявила, что хочет пойти по протоптанным стопам предков.
Фрэнк изо всех сил старался скрыть свою скуку. Надо было признать, несколько вызовов, среди которых были семейная ссора, перестрелка в Чайна-тауне, пара задержаний наркоторговцев и бесчисленное количество штрафов для водителей, немного его развлекли. Но он не мог дождаться, когда вернется к настоящей работе.
Дело Троя Бишопа как раз было таковой. Оно досталось ему за пару месяцев до этого, в таком виде, что впору было сразу нести его в архив. По всему выходило, что Бишоп был разносторонне развитой личностью, поэтому от него успело пострадать множество людей и, как следствие, множество копов. Коллеги перекидывали его дело между собой как в старой детской игре: "Горяча картошка, горячая картошка! Ой, не урони!". Только тогда у полиции не было даже имени, но кто-то из его задержанных друзей назвал фамилию мужчины как прозвище, которое поначалу и использовалось в деле — Епископ.
А потом Бишоп вроде как пропал с радаров, и когда полиция могла надеяться только на чудо, оно вдруг произошло. Объявилась его жена. Этого было достаточно, чтобы связать недоделанного культиста и Троя Бишопа, съехавшего с катушек психопата из пригорода, опьяненного своей внезапной популярностью. Его исчезновение считалось чем-то вроде паузы, небольшой форой перед задержанием. Фрэнк знал, что рано или поздно парень где-нибудь засветится. Так и вышло, но то, что из всех дней в году он выбрал именно этот погожий апрельский денек, детектив не мог ему простить.
Ориентировку прислали еще до обеда, и Фрэнк очень, чертовски хотел поехать один. Но прилипчивая полутораметровая Андерсон смотрела на него своими голубыми не-разочаруйте-меня-детектив глазами и он согласился поехать вместе с ней, всю дорогу посвящая ее в дело.
И вот, они были здесь, приехали на готовенькое.
— Нужно вызвать скорую? — учтиво поинтересовался Нолан у нового знакомого. — Эвакуатор? Успеет приехать, пока ребята из подкрепления будут брать у вас показания.
До прибытия новой порции полицейских было не больше десяти минут. Андерсон как раз вышла из хибары Бишопа, перегнулась через перила и распрощалась с завтраком. А вот это становилось интересно. Фрэнк услышал, как сидящий в машине Трой расхохотался, и зашагал к хижине. Не глядя сунул напарнице платок и шагнул внутрь. К запахам и грязи он был привычен, а вот истерзанные тела на полу каждый раз воспринимались как в первый.
"И долго он тут с ними прожил?"
Детектив вышел на крыльцо и прокашлялся. Открыл было рот, чтобы отдать Андерсон распоряжение вызвать еще и судмедэкспертов, а затем передумал, сам дошел до машины и взял в руку рацию.
— Диспетчер, у нас тут...
— Наш крестный ход осветят огни! И моя паства выйдет на улицы, чтобы приветствовать своего пророка!
День обещал быть длинным. Фрэнк пока и не представлял себе, насколько.

КОЛИЧЕСТВО НАПИСАННЫХ ПОСТОВ 158

КОЛИЧЕСТВО ИГРОКОВ, ПРИНЯВШИХ УЧАСТИЕ 64

Astrid Ingram написал(а):

Колкости просились наружу невыносимо, она почти не узнавала себя — ту женщину, что покорно исполняла приказы офицеров в зелёной форме с напускной весёлостью развлекая их, чтобы сойти за свою <...> Но как будто её язык развязывал алкоголь, выпитый ещё там, внизу, в баре... или она с опаской начинала узнавать себя прежнюю. Той, кем она была до этой войны там... в её мире. Словно в реальности она уходила глубоко под воду и только в Грёзе по-настоящему смогла вынырнуть и вдохнуть.

Bran написал(а):

Тень, скользнувшая по лицу «Лероя Болинга», на мгновение высушила в его глазах всю обманчиво тёплую зелень, сделав их оттенок таким, каким тот бывал чаще всего — бесчувственно-серым; мир Осени пытался отговорить вверенную ему подопечную от совершения ужасной ошибки, но девушка, как и в прежние минуты, осталась слепа к намёкам. Король гоблинов торжествующе ухмыльнулся. До чего же забавные создания — эти юные фэйри!

Ethan Jager написал(а):

И тут этот проклятый телефон, молчавший уже добрых пару месяцев, прорвало: первый звонок застал Итана за ужином. Он пролил на себя кофе, на цыпочках выбрался в хол, вытягивая шею вперёд и с сомнением разглядывая очнувшегося монстра. В ту ночь он спал плохо. На следующий день он зазвонил снова, вызвав уже нешуточную панику, а когда звонки участились, то врываясь в сознание утром, то вытаскивая его из мыслей днём, а потом и вовсе превратив это в трёхразовую пытку, то он серьёзно задумался о двух вещах: переехать или обрезать шнур. Он смотрел на этот телефон теперь весь день, нервно сглатывая и пожирая его глазами — такая плотность звонков не могла означать ничего хорошего. В голове Итана, почему-то, снова и снова он звучал даже тогда, когда мирно молчал.

Lenore Rasmussen написал(а):

Первое время Ленор пыталась радовать любимого блюдами, приготовленными своими руками, но у нее все валилось из рук и ничего не получалось. А один раз Ленор отвлеклась на разговор по телефону с Эйданом и совсем забыла про мясо в сковороде. Вспомнила она про него только в тот момент, когда Кларисса начала истошно вопить на своем насесте, почуяв запах гари. Ленор опомнилась, побежала вниз, и обнаружила, что два стейка превратились в пылающие угольки. С тех пор с готовкой она завязала, потому что это было взрывоопасное занятие — не хотелось спалить дом, едва в него переехав.

О   П Е Р С О Н А Ж Е

---

Потому что только он знает тайну: когда Кали танцует, мир гибнет — но когда Шива касается моей стопы, даже смерть отступает.

Он — единственный, кто осмелился встать на пути моего гнева не с мечом, а с любовью. Он лёг под мои ноги, и в этом жесте было больше силы, чем у всех демонов, которых я убила. Он не боялся моей ярости — он боялся лишь того, что я могу уничтожить себя, уничтожая других.

Я помню наши ночи на горе Кайлас, когда луна облизывала его кожу, покрытую пеплом кремаций, и он шептал мне: "Разрушай, любовь моя. Но возвращайся ко мне. Всегда возвращайся".

Я помню, как он пил яд, чтобы спасти миры, и как я держала его голову на коленях, пока яд разрывал его горло изнутри. В ту ночь я поклялась, что больше никогда не позволю ему страдать в одиночестве.

Говорят, он теперь бродит среди людей, притворяясь кем угодно. Говорят, он медитирует так глубоко, что даже время обходит его стороной. Но я знаю правду: он ищет меня так же, как я ищу его. Просто он верит, что терпение — высшая форма любви.

А я? Я никогда не умела ждать. Я — та, кто приходит, когда страх достигает предела. Я — та, чьи волосы пахнут дымом пожарищ, а губы помнят вкус его поцелуев сквозь тысячелетия.

Если ты встретишь его — не буди. Просто шепни, что Кали всё ещё ждёт. Что без него даже разрушение потеряло свой вкус. Что мои мечи затупились от тоски, а кожа помнит прикосновение его пальцев, покрытых пеплом.

И если он спросит, зачем я ищу его спустя столько жизней — ответь:

Потому что даже богине нужно колено, на которое можно положить голову, когда танец заканчивается. Потому что без него моя тьма становится слишком холодной. Потому что я устала быть грозной — я хочу быть просто той, кого он назовёт по имени, когда луна взойдёт над Кайласом.

Шива, слышишь? Я ищу тебя не потому, что потеряла. Я ищу тебя потому, что даже вечность слишком коротка, чтобы быть в разлуке с тобой.

Приди. Или хотя бы позволь мне найти тебя.

Твоя Кали.

О Б Е Щ А Н И Я

---

готова к любому стеклу, романтике, ужасам, детективам, даже если окажется, что мы в итоге будем пытаться друг друга убить. для игры лор особо знать не надо, я введу в курс дел, в том числе и о твоих способностях, а если вообще у нас впервые, то помогу разобраться и буду рядом)
как вариант - никогда не виделись, но всегда тянуло к чему-то общему, возможны какие-то совпадения в жизни, в какой-то момент сталкиваемся в Бостоне. тут хэштег love
как другой вариант - были раньше вместе, но из-за чего-то пришлось разойтись, в том числе и по обоюдному согласию. опять же встречаемся тут совершенно случайно и неожиданно. тут хэштег ex-romance и может быть даже enmity
вариант третий - complexity, здесь вообще можем чего угодно ожидать, так как духовно-то мы пара пиздабол и шмара, но это не означает, что сойтись обратно нам сложно по каким-то причинам. возраст, предпочтения, ВОЗМОЖНО, ТЫ УЖЕ ЖЕНАТ ИЛИ ЗАМУЖЕМ, все очень может быть интересно! или мы понимаем, что в современном мире устарело понятие той любви, которая в нас живет, поэтому не знаем, как быть сейчас. я отвечаю, все можно так расколбасить, что ни один данил колбасенко кришна нас потом воедино не соберет

С В Я З Ь   С   В А М И

---

Пожелания на игру: готова сыграть любой расклад кармической парочки, так как наши перерождения в любом случае будут являться бесконечное количество раз и в самых разнообразных ипостасях. внешность и имя не обязательно должны соответствовать культуре Индии, поэтому даю тебе свободу на этот счет, но если сомневаешься, можем обсудить! играю редко, но метко, особенно когда у нас есть идеи и желание! думаю, последнее вообще решает все.
Связь: tg pchsdsl
Права на персонажа: в случае возникновения конфликтов, недопониманий и т.д.  персонаж остается у заказчика и будет возвращен в акции/передан другому игроку

пост заказчика

Если проклятье уже начало выходить изо рта Кали, его действие невозможно было прекратить или обернуть вспять. Все-таки это не она сама решает, как сильно будет наказан человек. Или не всегда человек. Если человек виновен, но не будет даже никаких вопросов к тому, что этой душе приходится страдать. Многие приходили в ярость, когда Кали заявляла, что не контролирует проклятье, так как его реализует не она, но с этим моментом ее подставили еще много Вечностей назад, когда воспользовались ее "услугами" по сражению демонов. Да, когда-то она могла победить и саму Смерть, но об этом не помнит уже ни один смертный, а силы ее в человеческом обличии почти утратили свое значение. Но разозленную и оскорбленную женщину недооценивать нельзя - даже человеческую. В эту историю вмешивается Люцифер, вот только прежде Кимберли ощущает острую боль, возникшую не сразу. А затем и то, как нож вонзается в тело, путь ранит и несильно. Он отрезал ее волосы! Значит, она должна отрезать его голову!

Теперь Каур мало что видела и соображала - все происходящее перед ней словно засосало в какой-то водоворот или калейдоскоп, не давая понять, реально ли происходящее. Она чувствовала, что задыхалась, но не из-за раны, а из-за грудного смеха, который так и рвался наружу. Они и правда думают, что все это может усмирить неизвестное зло, с которым они борются? Как бы не так. Смерть в этом здании и агония пациентов затмевали разум лишь еще сильнее. Девушка прикладывает руку к ране на шее и, пошатываясь, переставляет ноги, чтобы найти равновесие. Кровь на шее такая горячая, так пульсирует. Но важные сосуды не задеты, иначе она легла бы уже рядом с Лесли. Бедное дитя...Она чувствовала, что девушка попадет в беду сегодня, думала, что они смогут ее защитить...

- Напуган? Конечно, он напуган. - хрипло выдает Кимберли, прижимая к шее ладонь, сквозь пальцы сочились кровавые "змейки". - Но буду ли я в порядке? Да я и есть порядок! Просто дай мне с ним закончить и все. - разумом она пыталась остановить саму себя, но с каждой секундой помешательство становилось лишь сильнее. Кухонная утварь начала мелко вибрировать от того, что Кали с каждой секундой все меньше контролировала себя, но чтобы устроить тут погром, нужно было явно куда больше сил. Голова снова начинала раскалываться от того, сколько душ пытались поговорить с ней за один раз, сколько человек стали здесь жертвами насильственной смерти... Последний оплот человечности, не дающий Кали окончательной принять свою форму - это бедняжка Лесли, что могла в скором времени погибнуть от обширной раны. Ей нужна медицинская помощь, да и самой Ким бы она не помешала - сейчас это не ощущалось, но после даст очень неприятные последствия. Помощи снаружи она не ждала - вряд ли кто-то следит за тем, что происходит на кухне, пока репортеры пытаются прорваться в хоспис, а пациенты в тревоге начинают спрашивать каждого, что происходит. Да и не понятно, что там происходит сейчас - как и положено кухне, она располагается в здании так, чтобы создавать как можно меньше шума и чтобы тот же самый шум и не слышать. На помощь примчатся все, если включить пожарную сигнализацию, но слишком велик риск того, что повар, который, судя по всему, не отвечал за свои действия, мог сбежать в этой суматохе, если не устроить чего похуже. Поэтому Кали остается за спиной Блэквелла, понимая, что нужно лишь дождаться, пока бдительность жителя Преисподней не ослабиться, чтобы она могла напасть сама. Только в глазах какие-то мушки стали появляться. Наверное, рана все же не такая уж мелочная.

О   П Е Р С О Н А Ж Е

---

Чарльз Монтегю — мужчина, в котором порода и магическая сила видны с первого взгляда. Высокий (под метр девяносто), подтянутый, с идеальной осанкой аристократа. Седые виски контрастируют с темными волосами.

Одевается безупречно: дорогие костюмы ручной работы, запонки с бриллиантами (собственного производства, многие из них — слабые артефакты защиты).

У него усталые глаза человека, который слишком много знает и слишком мало может изменить.

Чарльз родился в семье потомственных магов-артефакторов, но род пришёл в упадок за несколько поколений до него. Дар ослабевал, знания утрачивались, деньги таяли. Чарльз пошёл в бизнес, потому что семью нужно было кормить. Он построил империю с нуля. С первого завода, который купил на кредит под бешеные проценты и вытащил из убытков за год, используя магию для повышения качества продукции.

Элизабет появилась в его жизни, когда ему было двадцать. Она была дочерью обедневшего дворянского рода, жгучая брюнетка, красивая, харизматичная. Чарльз влюбился мгновенно и навсегда.

Чарльз знал о контракте с демоном, о даре очарования, из-за которого влюбился. Элизабет рассказала ему перед свадьбой, дав право уйти. Он остался. Он думал, что сможет защитить её от проклятия. Ошибся.

Они прожили вместе пять лет. Элизабет родила дочь и умерла через три дня. Чарльз держал её за руку, когда она уходила. Когда Элизабет умирала, она взяла с него слово: «Не ломай её. Не прячь. Не заставляй быть той, кем она не является. Я пыталась сдерживать дар — и ты видел, чем кончилось. Сдерживать дар нельзя. Можно только научиться жить с ним».

Чарльз сдержал слово.

Когда Кэсси впервые случайно подожгла штору (ей было шесть, она хотела рассердить гувернантку), Чарльз не стал ругаться. Он пришёл, потушил огонь обычной водой, сел перед ней на корточки и сказал:

— Это наш секрет, хорошо? Ты особенная. Папа тоже особенный. Но другие люди могут испугаться. Поэтому дома мы можем делать всё, что хочешь, а при людях — немножко прячем. Договорились?

Кэсси, конечно, согласилась. Она обожала секреты с папой.

Чарльз вырастил Кэсси один. Он думал, что если окружить её достаточной любовью и защитой, то это компенсирует отсутствие рядом с ней матери и ее любви. Поэтому он давал ей все, что мог: у нее были гувернантки, личные повара, собственный пони, автомобиль с шофером. Она ни в чем не знала отказа: любое «хочу» исполнялось раньше, чем она успевала договорить фразу. Папа научил ее главному: ты достойна всего самого лучшего, никогда не соглашайся на меньшее.

Он знает, что она капризная, ленивая, эгоцентричная. Он видит, что она прогуливает уроки у бабки-ведьмы. Он понимает, что она не воспринимает опасность всерьёз. И он принимает это. Потому что его задача — быть рядом, чтобы подстраховать, когда она упадёт.

Чарльз приезжает к ней по первому звонку, даже если он на важных переговорах в другой стране. Если Кэсси звонит в три ночи и говорит «пап, мне страшно», через четыре часа он уже у нее.

Он не ругает её за безответственность. Он пытается учить примером, но Кэсси редко слушает примеры. Она слушает только когда страшно или больно.

Чарльз знает: однажды ей станет страшно по-настоящему. И он хочет быть рядом в этот момент.

Чарльз знает, что его главная ошибка - излишняя мягкость в отношении дочери. Он не хочет, чтобы дочь его боялась. Он хочет, чтобы она его любила.

В результате Кэсси выросла избалованной. Она не понимает цены денег, не понимает цены магии, не понимает цены опасности. Она искренне считает, что папа решит любую проблему, потому что папа всегда всё решал.

И Чарльз знает, что это его вина. Но он не знает, как это исправить, не сломав их отношений.

О Б Е Щ А Н И Я

---

Кого я ищу:
- Игрока, которому интересны тёплые, доверительные отношения «отец-дочь» с оттенком драмы
- Готового отыгрывать внутренний конфликт: желание защитить vs необходимость отпустить
- Не против магической линии (магия, артефакты, возможный контакт с демоном)
- Способного на эмоциональные сцены и глубокий отыгрыш

Ищу игрока, с которым мы сможем отыграть тёплые, живые, иногда сложные отношения отца и взрослеющей дочери. Без абьюза, без тирании, с принятием и юмором. Готового к драме, если сюжет к ней приведёт.

С В Я З Ь   С   В А М И

---

Пожелания на игру: Что мы будем играть: много битого стекла и драмы; что-то флаффное и теплое, семейные вечера и т.д.; что-то ностальгическое из детства
Связь: Гостевая -> ЛС -> Тг
Права на персонажа: в случае возникновения конфликтов, недопониманий и т.д.  персонаж остается у заказчика и будет возвращен в акции/передан другому игроку

пост заказчика

Казино гудело, переливалось огнями и пахло дорогим парфюмом вперемешку с дешевым адреналином. А еще деньгами — старыми, новыми, честными и не очень. Кэсси терпеть не могла казино. Слишком шумно, слишком вульгарно, слишком много людей, которые думают, что имеют право пялиться на нее, потому что у них хватило денег на входной билет и пару фишек.

Но сегодня был особенный случай.

— Кэсси! Ты приехала!

Зои выскочила из-за служебной двери в перерыве между сменами, сверкая улыбкой и дурацким форменным пиджаком, который делал ее похожей на официантку из третьесортного отеля. Кэсси непроизвольно поморщилась — пиджак сидел ужасно, плечи топорщились, цвет делал Зою бледной. «Надо будет посоветовать ей хорошего портного, который перешьет это убожество», — мелькнула мысль.

Полгода назад они вместе выходили на подиум для «Versace». Теперь Зои почему-то решила, что жизнь модели — это скучно, и ушла в крупье.

«Экзотика, — объясняла она по телефону. — Адреналин. Понимаешь? Я в деле!»

Кэсси не понимала. Но подруга есть подруга. Тем более Зои была одной из немногих в модельной тусовке, кто не завидовал, не подлизывался и не пытался через нее пробиться к папе. Просто нормальная девшука, с которой можно посмеяться над диетами и обсудить странных парней.

— Ты шикарна, — выдохнула Зои, оглядывая платье. — Новый «Valentino»?

— Старый, — отмахнулась Кэсси. — Весенняя коллекция.

Зои закатила глаза:

— Ты невыносима.

— Я знаю. Иди работай, звездочка. Я тут посижу, понаблюдаю за твоими подвигами.

— Ты играть-то будешь?

— Боже, нет. Я лучше утоплюсь в этом фонтане, чем буду кидать фишки в компании этих старых плешивых козлов.

Зоя фыркнула и убежала обратно в зал. А Кэсси осталась у барной стойки с бокалом шампанского (самого дорогого, конечно, папа учил: никогда не бери дешевое, даже если не собираешься пить), лениво наблюдая за толпой.

Она отпила глоток. Шампанское было отличным — сухое, с тонкими пузырьками, именно так, как она любила. Папа приучил к хорошему вкусу. Папа вообще ко многому приучил.

***

Через час ей стало скучно до зубного скрежета.

Зои носилась между столами, профессионально щелкая фишками и очаровательно улыбаясь игрокам. Кэсси поймала себя на мысли, что даже немного завидует — у крупье есть дело, а она просто сидит и ждет, когда можно будет уехать домой и скинуть надоевшие туфли.

Она допила шампанское и почувствовала, что организм настойчиво требует посетить дамскую комнату. Бокал был не единственным, честно говоря. Плюс эти дурацкие коктейли, которые ей подсунула Зои «для настроения».

— Ладно, — пробормотала Кэсси, поднимаясь. — Схожу, поправлю макияж и, может, вызову такси.

Она выскользнула из-за бара и побрела по коридору в поисках туалета. Казино было огромным, и таблички с пиктограммами попадались редко. Ковровые дорожки глушили шаги, отчего возникало странное чувство — будто идешь по вате.

За очередным поворотом она увидела дверь с едва заметной надписью «WC».

Телефон завибрировал — папа.

— Как ты, милая? — голос Чарльза звучал мягко, но Кэсси слышала в нем тревогу. «Как и всегда» — закатила она глаза про себя, но внешне осталась невозмутима.

— Скучаю. Тут душно и противно. Зои в дурацком пиджаке, но счастливая. Я, наверное, скоро поеду домой.

Она прислонилась плечом к стене, рассматривая свой маникюр. Идеальный френч уже чуть отрос. «Нужно переделать» — мелькнуло на краю сознания.

— Хорошо. Я в Дрездене, завтра буду. Прислать машину?

Кэсси усмехнулась. Папа никогда не перестанет ее опекать. Это одновременно бесило и согревало.

— Сама доеду. Не маленькая.

— Я знаю, родная. Целую.

— И я.

Она убрала телефон, толкнула дверь туалета и...

...Шагнула не в кафельную прохладу дамской комнаты, а в пыльный полумрак какого-то подъезда.

— Что за... — выдохнула она и почувствовала, как внутри что-то оборвалось и ухнуло вниз.

Кэсси моргнула. Еще раз. Еще.

Она резко выдохнула. Потом еще раз. Пальцы сами потянулись к сумочке, нащупали телефон, вытащили. Экран загорелся — ни одного деления сети. Ни одного. И, тем не менее, девушка набрала номер отца и приложила к уху. Раздались короткие гудки.

— Папа? — позвала она тихо, просто на всякий случай.

Гудки.

— ПАПА?! — громче, с нотками зарождающейся истерики.

Гудки.

Кэсси сделала глубокий вдох. Потом еще один. Она не будет паниковать. Паниковать — это для простых смертных.

— Ладно, — сказала она себе под нос, поправляя волосы (хоть что-то в этом мире поддается контролю). — Ладно. Это просто... пространственная аномалия. Я читала о таком. Наверное. Или бабка рассказывала.

Она сделала паузу, перебирая в памяти обрывки ведьмовских уроков, которые так старательно прогуливала.

— Я просто... найду выход. Да. Найду выход и потом позвоню папе, и он купит это казино и закроет его нахрен за такие фокусы.

Звучало убедительно. Почти.

Она сделала шаг вперед по коридору и тут же замерла.

Она сделала шаг вперед по коридору, стараясь ступать осторожно — мало ли что здесь на полу. Ее лабутены здесь выглядели дико.

Впереди, в полутьме, стоял мужчина. Высокий, в дорогом костюме. Он выглядел так же растерянно, как она себя чувствовала.

— О, — вырвалось у Кэсси почти с облегчением. — Вы тоже здесь? Значит, мне не показалось.

Она подошла ближе, разглядывая незнакомца.

— Вы не подскажете, где мы находимся? — спросила она тоном, каким обычно разговаривала с прислугой.  — А главное — как отсюда выбраться? Потому что если это чей-то глупый розыгрыш, я обещаю, что папа... ну, в общем, вам лучше не знать, что сделает папа.

«Звучит как угроза пятилетнего ребенка», — отметила она мысленно, но отступать было некуда. кассиопея сделала еще шаг, оказавшись почти рядом.

— И если у вас есть телефон, который ловит сеть, я заплачу любые деньги, — добавила она на всякий случай, на мгновение закусила губу и заставила себя улыбнуться той самой модельной улыбкой, которая обычно открывала любые двери.

Даже если эти двери вели непонятно куда.

КОЛИЧЕСТВО НАПИСАННЫХ ПОСТОВ 151

КОЛИЧЕСТВО ИГРОКОВ, ПРИНЯВШИХ УЧАСТИЕ 32

Bran написал(а):

Бран с любопытством глядел, как прелестная юная фэйри околдовывала книжный магазин дыханием сказки: воздух напоила ночная влага, в глубине стёкол мелькнуло кружение звёзд, страничный шелест всё больше напоминал шептание сонных крон — и вот на канве Яви распустилась вышивка чудес.

Frank Nolan написал(а):

Извинения вообще повисают в воздухе на весь отрезок пути. Столько слов сегодня было сказано, и все равно оказалось недостаточно. Но теперь подходящих совсем нет. Способность Лисбет пробралась слишком глубоко, не просто под кожу, в самые темные глубины его разума. Однажды, Фрэнк знает, он смог бы ей рассказать. Признать, что его сломала не только смерть Маклин, но и то, что он натворил после. То что в первую минуту не бросился проверять как она, а был одержим гневом так сильно, что почти растворился в нем. А может, “почти” тут было лишним.

Konol Fratley написал(а):

Оптимизм иссекал быстро, приблизительно, как g * страх разбиться. Раньше формула выглядела иначе, в ней учитывался и вес, но некоторые становились легче, пока падали в неизбежность.

Diva de Martine написал(а):

В воздухе витал сложный коктейль запахов: дорогого парфюма, воска, кожи и чего-то еще — острого, металлического, возбуждающего. Агрессивность здесь сочеталась с томной, почти упаднической красотой, как шипы на стебле черной розы.

О   П Е Р С О Н А Ж Е

---

У наших семей свои бизнес-империи в городе. Они враждуют за власть и признание быть первыми в своем деле уже много лет, всегда стараясь поставить палки в колеса в любых конкурсах. Из-за этого и мы ненавидели друг друга еще со школы. С самого детства нас сравнивают, сталкивая лбами, пытаясь понять, кто лучше. Но времена меняются, как и мир вокруг, светские и другие мероприятия никогда не проходят без нашего участия, мы всегда желанные гости, всегда в центре внимания, каждый представляя империю своих родителей.
В глазах других, мы враги, которые общаются сквозь зубы и оскал, похожий на улыбку, каждый раз, когда нас просят встать рядом для очередного фото. Мы медийные личности, вдалеке от правления, и где-то в глубине души каждый из нас хочет, чтобы так было всегда.
Все меняется в один миг, когда по дороге с очередного мероприятия, на мою машину совершается покушение, и меня серьезно ранят, а ты, по какому-то странному совпадению решаешь покинуть вечеринку следом за мной и проезжая по той же дороге, видишь мою машину, которая полностью расстреляна.
Ты сам вызвал скорую и проследил, чтобы меня отвезли в лучшую из клиник, ты сам вызвался стать донором, когда узнал, что у нас одинаковая группа крови и ты сам проплатил медперсоналу, чтобы те скрыли эту информацию. Зачем? Только одному тебе это известно.
Я узнаю об этом в день выписки, совершенно случайно от молодой медсестры, которая решила, что ее флирт это лучшее что мне сейчас необходимо, а получив отказ, бросила в сердцах эту информацию.
С того дня все изменилось. Тайна осталась при нас. Никто не осмелился сказать друг другу правду. Только оскал сменился на улыбку.

О Б Е Щ А Н И Я

---

вайб

заявка как набросок, описывающий планируемый сюжет, но готовый двигаться и меняться в любом направлении.
ищу себе партнера с характером коннора сторри вперемешку с ильей розановым

С В Я З Ь   С   В А М И

---

Пожелания на игру: я игрок не быстрый, но горящий за эту идею, поэтому можно обсудить скорость по постам, не обещаю спидпостинга, но пост в неделю обеспечу (это все же в моих интересах)
прошу говорить, если что-то не так, хочется поменять или дополнить
и очень прошу не уходить по английски
Связь: сперва ЛС, а там решим
Права на персонажа: в случае возникновения конфликтов, недопониманий и т.д.  персонаж остается у заказчика и будет возвращен в акции/передан другому игроку

пост заказчика

На телефоне, звук которого Кит так и не научился отключать по ночам, боясь пропустить что-то важное и срочное, заиграла знакомая мелодия, означающая только одно - снова произошла какая то херня, которую теперь ему опять придется разгребать за остальными. С тех самых пор, когда отец сделал его главным, отдав бразды правления младшему, Холландер то и дело старался выстроить рабочую цепочку так, как считал правильным, вот только он не учел с какими идиотами ему приходится работать, ведь отец не заморачивался по подбору персонала, главным критерием которого было умение не навалить в штаны если придется идти ва-банк.
Поэтому сейчас, собрав вокруг себя не самую лучшую "интеллигенцию" Киту приходится справляться с тем что есть. Проведя пальцем по экрану, где все еще виднелась надпись "Ищейка", младший вздохнул перед тем как ответить: - Если ты звонишь сказать, что опять облажался, то лучше сразу вали из страны, потому что я тебе голову сверну...., - он не успевает договорить, слыша в трубке потасовку и чей то крик, - твою мать, что происходить?
Но ответа не следует, слышаться короткие гудки. Он машинально набирает номер, но милая девушка в трубке сообщает, что "абонент не абонент и лучше идите к черту".
- Да блять, - злость вырывается наружу, заставляя с размашки зарядить кулаком по ночному столику, от чего одиноко стоящий стакан, падает на пол с тихим звоном, разливая остатки содержимого. Повторный набор не приносит ничего стоящего и уже телефон в руке начинает жалобно трещать от напряжения, и казалось бы, мгновение и развалиться пополам, но новая мелодия спасает ситуацию, заставляя Кита слегка поморщиться от надписи высвечивающейся на экране.
- Тебя только не хватало,- он бурчит, но все же снимает трубку, рявкая в нее, - что? Возможно боги, которым он молился еще несколькими минутами ранее, все же услышали, ведь на другом конце провода послышался знакомый голос его "ищейки", тараторившей в невпопад о том, что они смогли добраться до поставленной цели, которую ставил старший Холландер, и что теперь у них есть один из русских, который точно поможет выведать всю необходимую для них информацию.
Следует короткий гудок, завершающий ответ и телефон издает пищащий звук, оповещая о пришедшей СМС.
"Нортон драйвен роуд, 57, заброшенный завод, въезд со стороны двора".
Как бы не старался младший Холландер, отец продолжал за его спиной дергать за свои нити, не думая  о последствиях. Не позволяя сыну разрешить войну своими, более мирными способами, прибегал только к жестокости и кровопролитию. И этот русский явно не станет исключением. И повезет, если он будет не тем, по ком будет страдать русская мафия, оплакивая его смерть, ведь кроме нее, того ничего хорошего не ждало.

Дорога до нужного места была короче, чем предполагалось, заняв каких-то пол часа по пустынным улицам Лос-Анжелеса, который обычно не спит в такое время. Кит завернул в переулок, оставляя машину в темноте, и двинулся на свет, мелькающий из заржавевших от времени железных амбарных дверей.
- Если я приехал сюда не ради чего-то стоящего, я выпущу всю свою обойму в каждого, кто здесь находится. Ему было плевать на то, что кроме его людей в амбаре находился посторонний, все равно тому не долго оставалось быть на этом свете.
Тяжелый английский с русским акцентом разрезал пространство пустого помещения, отражаясь эхом в бетонных стенах. Кит точно слышал его ранее, вот только понять бы где. Мальком, невысокий парень, старше Холландера на лет десять, напоминал уличного хулигана, пытающегося казаться крутым, но на деле выглядел нелепо с огромной цепью на своей шее, напоминающей ошейник, чем украшение. Не зря отец прозвал всю эту шайку цепными псами, где во главе стоял его родной сын.

Кит стянул мешок с головы похищенного и на мгновение замер, не веря не то что своим глазам, а в принципе всему, что здесь происходит. Это явно какой-то блядский кошмарный сон, из которого ему непременно нужно поскорее выбраться. Ведь перед ним сидел ни кто иной, как Виктор Розанов, сын главы мафии, за которого не то что яйца отстрелят, а спалят половину Лос-Анжелеса при том самим Китом Холландером насаженным на кол, или чем там еще русские занимаются в своей России.
Русский не унимается, выкрикивая что-то из своих уст, с которых  Киту сложно отвезти взгляд, пока он не замечает маленькую деталь от которой внутри просыпается неизведанное ранее чувство, отдаленно напоминающее клокочущую ярость. Он стягивает перчатку со своей руки и проводит по краю губы большим пальцем, стирая проступившую кровь, которая еще не успела запечься и тут же отдергивает руку, как от огня, не в силах оторвать взгляда от голубых глаз, в которых бушует пламя. И как же ж, черт возьми он его понимал сейчас.
- Почему у него кровь на лице? голос Холландера звучит слишком загробно и неожиданно даже для самого себя. Парень разворачивается к своей "стае" просверливая взглядом каждого и ожидает ответа. Пальцы жгло от прикосновения и дикого желания кого-нибудь завалить прямо сейчас, чтобы спустить непонятную ярость, разрастающуюся в груди. Из-за спин парней показался силуэт бубнящий что-то про оказанное сопротивление, и невозможность сработать мирно, но как же Холландеру плевать на эти слова. Звук выстрела разносится эхом по зданию, заставляя остальных от неожиданности присесть, и только один падает с глухим ударом замертво.
- Когда я говорил, что хочу закончить войну мирно, я не просил похищать младшего Розанова, зато теперь, когда попросят крови с нашей стороны, мы можем предоставить это тело, - он опускает пистолет, зажимая обеими ладонями внизу и переводит взгляд на своего пленника, - итак, мистер Розанов, как мы можем уладить это недоразумение принося выгоду обеим сторонам?
Назад пути не было, теперь и Киту придется идти ва-банк, как и его отец, спасая хотя бы свою задницу, ведь он еще так молод!

О   П Е Р С О Н А Ж Е

---

Кэсси и Ева вместе учились в частной школе. Эванджелин из небогатой семьи, попала в эту школу по гранту для особо одаренных детей.

Умная, спокойная, с тихим, но острым чувством юмора. Не лезет в душу, но всегда готова выслушать. Не умеет врать, не выносит лицемерия, говорит то, что думает.

Кэсси любит Еву. Правда любит, насколько вообще способна любить кого-то. Но внутри нее всегда сидит червячок сомнения. Маленький, липкий, мерзкий. Он просыпается в моменты, когда Ева задерживает взгляд на ее новой сумочке. Когда говорит «удобно, что у тебя есть связи». Когда принимает очередной подарок, пусть даже после долгих отказов.

«Она такая же, как все», — шепчет этот червь. — «Просто умнее. Терпеливее. Просто ждет своего часа».

Кэсси гонит эти мысли. Злится на себя за них. Ева шесть лет была рядом. Но опыт общения с людьми научил Кэсси одному: все хотят что-то получить. Вопрос только в том, как долго они готовы ждать.

Поэтому иногда Кэсси проверяет. Не специально, почти подсознательно. Подмечает, не берет ли Ева что-то без спроса. Следит за ее взглядом в ресторанах. Слушает, как та говорит о других богатых знакомых. И каждый раз, когда Ева проходит проверку, Кэсси испытывает облегчение — и сразу же стыд за то, что проверяла.

Она никогда не говорит об этом вслух, потому что признать эти мысли — значит признать, что она все еще одна. Что даже в самой близкой дружбе есть место сомнению.

О Б Е Щ А Н И Я

---

Можем играть что угодно: драму, битое стекло, комедию, трагедию, детектив или что-то другое - что захочешь

С В Я З Ь   С   В А М И

---

Пожелания на игру: желательно базовое знание русского языка, НЕ игнорирование запятых, хотя бы 1 пост в месяц (если будет актуальный совместный эпизод, конечно, в остальном ты полностью свободна)
Связь: Гостевая -> ЛС -> Тг
Права на персонажа: в случае возникновения конфликтов, недопониманий и т.д.  персонаж остается у пришедшего на акцию

пост заказчика

О   П Е Р С О Н А Ж Е

---

Мы с тобой знакомы с подросткового возраста и, к сожалению, обзавелись не самыми прекрасными и яркими впечатлениями из этого времени.
Я никогда не спрашивала у тебя про то откуда ты и как появилась у Андервуда, а ты не задавала мне тех же вопросов. Мы жили тем днем, когда нас взяли под опеку и нашли друг в друге поддержку. Мы не сразу подружились, правда, но общие сложности нас сплотили.

Из биографии

Когда ей исполнилось четырнадцать, в жизни появился Андервуд. Мужчина лет пятидесяти, который с охотой взял в семью очередного ребенка. Суть в том, что они с женой так своим потомством не обзавелись и решили во чтобы то ни стало изменить судьбы осиротевших ребятишек. Когда Дейдре попала к ним в дом там уже проживала девочка на год старше.
Элеонор показалась странной. Вся мрачная, загадочная, в темных одеждах и с тяжелым взглядом. Они почти неделю не разговаривали, хоть и жили в одной комнате, девчонка делала вид, что соседки просто не существует. Жена Андервуда, — забитая, бледная, худая, — старалась дать детям хоть капельку любви и заботы, но все это пресекалось Хэнком на корню. И через неделю девочка поняла, почему.
Оказывается, что уважаемый политик, прекрасный, по версии газет, человек, который своим примером вдохновлял жителей Чикаго, колдун. И искал среди сирот именно тех, у кого были способности к магии, так у него уже год жила Элеонор, а теперь о собирался оформить полноценную опеку и над Верлен. В планы мужчины входило обучение, но цели девочкам были не ясны.
Лишь через полгода Дейдре поняла, куда она попала. Потому что начались тренировки. Хэнк обладал терпением, мотивацией и жестким характером, который начал проявляться с первого дня пребывания в его доме. Воспитанниц он приучал к дисциплине, порядку и самоконтролю. Наверное, за это они обе были ему максимально благодарны. Первостепенной задачей перед собой Андервуд ставил максимальное раскрытие магического потенциала подопечных и лишь после – обучение. Поэтому в средствах и методах он себя не ограничивал.
Девочек мучали. Им не давали есть, иногда, пить, запирали в подвале, в тишине и темноте, а позже, когда это не принесло особых результатов, в дело пошли более радикальные метода. Стихийная магия Верлен проявилась, когда её бросили в колодец. Элеонор же прекрасно справилась ещё на первом этапе пыток, потому что до безумия боялась темноты и подожгла сарай.
И вроде, колдун добился того, чего ему так хотелось, пора сменить гнев на милость, но метод кнута прояви себя с лучшей стороны, так зачем же пряник? Девочки тренировались, постоянно истощая свои внутренние резервы, дрались друг с другом, потому что это тоже было действенным методом. Постепенно они научились пользоваться своими силами почти в полном объеме и только тогда Хэнк начал их обучать заклинаниям, заговорам и ритуалам.
Как оказалось, звезда политической сцены Чикаго был по уши в темных делишках, он призывал демонов, натравливал их на своих оппонентов, проклинал их, сводил с ума, подселяя духов-паразитов и так далее. Теперь же все это для него должны были делать его подросшие, приемные дети. Вот только ни Дейдре, ни Элеонор не хотели причинят вред людям. Хэнка это не устраивало, пытаясь побороть сопротивление, он вышел из себя и на заднем дворе его дома развернулась битва. Разнимать разбушевавшихся чародеев кинулась миссис Андервуд, прикипевшая к девочкам и тут же получившая в грудь заклинание заморозки. Смерть единственного человека, который дарил любовь и заботу, настолько ударила по девушкам, что они перестали себя контролировать. Откровенно говоря, спустя столько лет ни одна из них точно не могла сказать, чья атака лишила жизни самого колдуна, но Верлен точно знала, кто именно поджог загородный дом.
Им уже было по восемнадцать, поэтому мотание по патронажным семьям уже было завершено, а так как у Андервудов не было близких родственников, состояние, — которое было не таким уж и впечатляющим, — разделили между их приемными детьми. На эти деньги Элеонор покинула Чикаго, выучилась и лишь изредка поддерживала связь со своей бывшей соседкой по комнате, а Дейдре осела в Чикаго, закончила колледж, а потом получила лицензию и стала частным детективом, пройдя сто кругов ада бюрократической волокиты.

После четырех лет жизни бок о бок в условиях, который точно были далеки от понятия «нормальных», мы видели друг в друге лишь напоминание и, хотя являлись единственными близкими людьми, почти семьей, решили разъехаться. Связь поддерживали редко, учитывая нашу общую проблему с полем Мёрфи, - нас не очень-то жалует современная техника, - но все-таки. Даже пару раз пересекались и вели общие дела, - забавно было узнать, то и ты решила стать частным детективом.
А потом ты мне сообщила, что в Бостоне появился мой брат и я сорвалась вслед за ним. Именно ты помогала мне с освоением, рассказала, как лучше начать на новом месте и всеми силами искала информацию о моей пропаже.

О Б Е Щ А Н И Я

---

Мне очень хочется заполучить себе подругу-коллегу, с которой у нас будет общее, темное прошлое и активное, драйвовое настоящие. Мы внешне похожи, у нас общие наклонности в магии, но ты более раскрепощена в плане магии и позволяешь себе то, что я запрещаю.
Ты так же легко можешь переступить через закон, если того требует дело, но не скатиться во мрак.
Я обещаю закружить в игре и буду рада участию в моем личном сюжете, а также хотелось бы отыграть арку последствий с подростковым проступком. На себе не концентрирую, думаю Элеанор прекрасно впишется в местную тусовку.

С В Я З Ь   С   В А М И

---

Пожелания на игру: я не самый стабильный игрок, могу выдать 2-3 поста в неделю, могу упасть в реал и не писать месяц, но я всегда на связи и готова делиться хэдканонами и гештальтами.
Требований или пожеланий у меня не много: быть заинтересованным в персонаже, развивать его и любить, оживлять своей игрой, не пропадать по-английски, птица-тройка (обсуждаемо, но так удобней, как по мне).
Связь: гостевая, а там выдам что будет удобнее.
Права на персонажа: в случае возникновения конфликтов, недопониманий и т.д.  персонаж остается у заказчика и будет возвращен в акции/передан другому игроку

пост заказчика

Телефонный звонок застал Дейдре в постели, она сладко обнимала подушку, вдавливая лицо с таким ожесточением в пуховую мягкость, что да решила оставить на правой щеке следы, подтверждающие взаимную страсть этих двоих. Сдерживая рвущиеся наружу маты, проклятья, - что, если учесть чародейские навыки, могли оказаться действенными, - и обреченные стоны, протянула руку, кое-как выпутавшись из вороха собственных, запутанны волос. Пальцы сжались на прохладном пластике.
- Алло! – И вот это самое «алло» многое сказало тому, кто висел на том конце провода.
- Спишь что ли? – Веселый голос старого знакомого раздражал куда больше противной трели аппарата.
- Нет уже, как слышишь, умник! Чего надо? – Почти рявкнула в трубку Верлен, а в ответ тихие смешки и едкие насмешки. Все как всегда.
- Дело есть. Ко мне тут пришло сообщение, весьма интересное и мне нужен эксперт. – Он явно забавлялся сложившейся ситуацией, чем неимоверно бесил свою собеседницу. – Думаю, это в твоей компетенции.
- Ближе к сути, Родригез!
Этот самый Родригез был журналистом, очень хорошим, с невероятным нюхом на сенсации, одно «но», почти год тому назад он ушел из престижной газеты и обосновался в местной редакции журнальчика, специализирующегося на мистике, городских легендах. Проще говоря, желтая пресса. Вот только мужчина прекрасно знал, что это не миф и не выдумка и не редко пользовался услугами частного детектива-чародея. Правда, рыжей нужно было сразу его предупредить, что звонки после четырех утра будут сулить ему импотенцией в течении двух недель после проступка…

А дело действительно оказалось необычным и интересным. Вообще-то, Дейдре искренне считала, что корабли-призраки – сказки. Ну мало ли что привидится изможденным морякам, а уж свидетельствам с берегов верить не стоило, половина из тех, кто божился, что видел летучий голландец были пьяны. А тут, на тебе.
«Амфитрита», пропавшая почти десять лет тому назад, внезапно была найдена и не на дне морском, а дрейфующая по волнам, медленно движущаяся в родную гавань. С чем ей и помогли. По судно чародейка ничего не знала, трагедия давняя, конечно, освещалась в газетах, так что информацию найти оказалось не сложно, знаючи и умеючи, найти сведения о родственниках экипажа, наведаться к жене исчезнувшего капитана и, как ни странно, получит и от неё предложение посотрудничать. Верлен могла бы отказаться, могла, но ей тоже нужно платить за аренду и покупать себе еду, так что, чувствую горький привкус неблагородного обмана, она соглашается и тут же получает предупреждение, что ранее, ещё первого числа, женщина связался с другим детективным агентством, а именно к «Хранителю». Ну, что ж, с Джиной у рыжеволосой уже получилось сработаться, так что это не проблема. Только, как выяснилось позже, после короткого, телефонного разговора, на дело пойдет не ведьма, а её мальчик-на-побегушках. Блеск.
Пришлось пообещать уладить дело с легальностью проникновения на судно и подстраховать парня, если тут действительно есть хоть какой-то сверхъестественный подкладка.
В восемь вечера, перед самым закрытием доков, когда у судна уже не осталось никого, кроме работников пристани, где стояла ржавая махина, пугая своим видом даже днем , по пандусу мерно вышагивали два человека. В лунном свете их фигуры казались неестественными, словно кто-то решил быстро накидать скетч, прежде чем приступить к полноценному рисунку.
Родригез, в лучших традициях детективного романа, нарядился в длинный плащ и шляпу, он весело сверкал темными глазами, поглядывая на свою спутницу и раскуривал пахучую сигарету, раз за разом парадируя скрипучий голос гангстеров 30-х годов. Полумрак бостонской ночи вполне располагал к нуарным мотивам.
- Заткнись, пожалуйста, - устало протянула женщина, раздраженно потирая лоб пальцами. Это начинало знатно утомлять.
- Да ладно тебе. В общем, я договорился. Вас пропустят внутрь. Пришлось отвалить не малую сумму, Дей, понимаешь? – Он хитро покосился на собеседницу и сделала смачную затяжку, выпуская клубы дыма куда-то вправо.
- На медальку намекаешь? – Ехидно протянула чародейка.
- Вовсе нет, на хороший рассказ, с подробностями. Гарантирую анонимность. И небольшую рекламу. Скажу, что очевидец рассказал историю, а её подтвердил эксперт. Как тебе? – Верлен фыркнула, но возражать не стала. После статей мужчины, когда он упоминал её, как эксперта, количество звонков увеличивалось вдвое. Не сказать, что половина из обращавшихся были адекватными, но это увеличивало её клиентскую базу. 
- А фото? Ты же знаешь, что я с техникой не дружу.
- Не парься, я уже купил хорошие фото внутренностей этой малыхи. Так, где твой коллега? У нас время поджимает? – Он демонстративно посмотрел на наручные часы и постучал ногтем по циферблату.
Дейдре сделала вдох, затаила дыхания, сдерживая себя от того, чтобы не вмазать подзатыльник журналисту, к тому же, позади в это самое время раздались мерные шаги, перекрывающие шум волн, усилившихся от начавшегося прилива. Деревянный настил с готовностью сдавал идущего.
Женщина повернула голову, чуть прищурилась, в густеющих, холодных сумерках из уплотняющейся мглы, прорисовывалась высокая, подтянутая фигура. Что ж, проверим, что такого нашла Стоувер в своем помощнике.

О   П Е Р С О Н А Ж Е

---

✲ Мара - ночной дух или демон, вызывающий кошмары. Что неудивительно, если твоя мать древняя хтонь, питающаяся ужасами в чужих снах, а отец из древнего рода некромантов и сноходцев. И родилась ты тоже в пространстве чужих грез, а не в человеческом теле, потому что твои родители открыли прелести астрального, виртуального секса до того, как это стало мейнстримом с появлением интернета. Собственно, в астрале и началась твоя история.
✲ История не то чтобы печальная, но несколько сомнительная, и вскоре после твоего появления как духа, спящий проклятым сном папаша, которому я не посчитала нужным сообщить о том, что он, козел, наделал, в очередной раз очнулся, а маменька в очередной раз померла, отправившись в царство Аида, откуда не могла входить в грезы смертных, и ты оказалась предоставлена самой себе. Когда у меня вновь появилась возможность вернуться и начать свои путешествия с гастрономическими целями, почему-то не не смогла тебя обнаружить - то ли ты в тот момент сумела воплотиться, то ли просто скрывалась в дальних уголках чужих сознаний, обиженная на весь мир, как и положено ребенку со скверным характером. А с такими родителями он у тебя просто не может быть нормальным. Исторической встречи не состоялось, а я просто посчитала, что маленький дух не выжил, и махнула на это рукой. Мало ли, как оно бывает, хтонические твари не привыкли долго печалиться о прошлом.
✲ Ты наверняка думала, что тебя бросили. Просто вышвырнули, как ошибку, неудачный образец, и затаила на это обиду. Даже искала родителей, но удавалось нащупать лишь следы, свидетельства их присутствия, а не их самих. И обида только росла, сделавшись навязчивой идеей. Хотя что ты будешь делать, если наконец встретишь этих бессмертных, на голову отбитых существ, ты и сама не знаешь. Может, просто выскажешь свое фи. Может, попытаешься испортить нам жизнь так сильно, что срочно захочется убраться в Антарктиду. Хотя лично я могу просто сбежать обратно в Аид. А вот отца можешь мучить пока он не решит закончить свое бессмертное существование.
✲ К настоящему моменту ты нашла себе подходящее тело, вселившись в сошедшую с ума девушку, запертую в клинике под действием тяжелых препаратов. Лечащие врачи были крайне удивлены, что пациентка вдруг очнулась от галлюцинаций, но списали все на чудеса современной фармакологии. Мать и отец той самой девушки были так рады, что предпочли не замечать изменений и несостыковок, а когда их дочь выразила желание учиться в США, просто оплатили ей билеты и проживание.
✲ Почему США? Следы настоящих родителей ощущались там, следы явственные, словно они не просто тени из снов, а живые люди в живых телах. Ты чувствуешь их близость и уверена, что узнаешь в любом облике по отпечаткам силы.

✲ Твоя мать - хтоническое чудовище из древнегреческой мифологии, способное питаться как чужими кошмарами, так и теплой живой кровью. Твой отец - проклятый человек, колдун, некромант и сноходец, которому не одна тысяча лет. Ты совершенно точно умеешь проникать в сны, высасывая чужие страхи, но если хочешь, можешь иметь и магические способности, пока не особенно изученные и подвластные. Но всегда можешь договориться с папой, чтобы обучил общаться с мертвыми или творить ритуалы.
✲ Папочка был бы очень за предложить овладеть магией крови, например:
- Впитывать магическую силу других существ через кровь (временно или частично, с побочными эффектами).
- Создавать кровную привязку: чувствовать местоположение, эмоции или состояние того, с кем связан.
- Вытягивать память предков или воспоминания через кровь.
- Усиливать себя в момент травмы, используя боль как катализатор силы.

✲ Что случилось с хозяйкой твоего тела? Как тебе захочется. Она могла умереть, могла остаться голосом на задворках сознания, стать собеседником и близким другом. Может, даже иногда пытаться вернуть себе контроль над телом, доставляя неудобства и заставляя глотать нейролептики, чтобы заглушить ощущение чужого присутствия.

О Б Е Щ А Н И Я

---

Мы пишем быстро, от спидпостинга в 500 символов и до бесконечности, но совершенно не требуем от игрока скорости или простыней. Лишь бы всем было в кайф. Птица-тройка наше все, но делай, как тебе удобно и привычно.
Папенька по запросу может обеспечить графикой (авик уже сделан ;)), мама просто красивая. Также на форуме имеются твои бабушка с дедушкой по материнской линии: Геката и Гермес.
Всегда готовы к диалогу как про персонажей и мифологию, так и на отвлеченные темы. Поможем найти мотивацию и сюжеты, просто не молчи, если вдруг что-то некомфортно.
Весьма уважаем стеб, сарказм и пошлятинку, но в стекло тоже умеем. Во что угодно, кроме ванильных нежностей.
Вообще ничего не требуем, обстоятельства жизни, знакомства и сюжеты на твое усмотрение.

С В Я З Ь   С   В А М И

---

Пожелания на игру: хотелось бы отыграть судьбоносную встречу и развитие отношений, к которым все стороны не очень-то готовы. Обучение малышки (а при истинном возрасте родителей ты именно что малышка) магии и умению управлять снами. Может, ты во что-то влипнешь, и нам придется спасать?
Связь: сначала лс, потом договоримся
Права на персонажа: в случае возникновения конфликтов, недопониманий и т.д.  персонаж остается у заказчика и будет возвращен в акции/передан другому игроку

пост маменьки

Даже когда живешь очень-очень много лет, все равно остаются места и возможности удивляться. Забраться в самую глухую даль, чтобы обнаружить там то, о чем даже древняя хтонь не слышала, но хотела потрогать своими любопытными ручонками. Может, попробовать на зуб, в прямом и переносном смысле этого слова, потому что древний же голод не удовлетворить жарким из ягненка и бокалом красного сухого — она вообще не пьянела, наливала чисто ради вкуса.
Первая мировая война мир изменила и перевернула, расколов на части, ранее не предусмотренные планом, но в некотором смысле стало даже полегче. Эмансипация шагала по планете, и быть женщиной все комфортнее, не прячась за маски, кринолины и тени, подчиняющиеся Гекате.
Все еще достаточно ограничений, но сейчас можно уже списать все на девичье сумасбродство, а не нарушение всех мыслимых и немыслимых канонов этикета и религии, после которых или в монастырь, или на костер — и неизвестно, что раздражает больше. Огонь делает больно, а кровь христовых невест пресная.
Элизабет поправила широкополую шляпу — преимущественно ночной твари солнце не вредило, но оставался шанс, что обгорит нос, а потом будет облазить некрасивыми лоскутами. Ладно скроенные брючки не обтягивали задницу и оставляли пространство, чтобы уместиться туда и в истинной форме, если вдруг до этого дойдет. А иногда доходило, когда кончались человеческие аргументы — им на смену заступали когти и клыки.
Она очень удачно вышла замуж, придя в мир в этот раз. Муж, исследователь и искатель приключений, сгинул в очередной экспедиции, оставив ей приличное наследство. И престарелого папеньку, в прошлом такого же искателя, нынче разбитого подагрой, так что он не мог составить компанию, но дать нужные рекомендации, чтобы юную девицу взяли с собой вроде как из антропологических интересов. Но чем Аид не шутит, там вполне могло оказаться нечто не изученное, ранее в книгах не описанное, принося толику научной славы. Хтонь была амбициозной барышней, в конце-то концов.
И выносливой, с насмешкой поглядывая на двух девиц из команды, обливавшихся потом и ругающих кровососущую летучую хрень. Лично ее не кусали, видимо, чуя превосходящий опыт в искусстве пития крови.
Она ощущала смутный подвох в этом русском, но особенно не вглядывалась, посчитав не опасным для себя. Вроде не колдун, страшных ритуалов творить не планирует, раскрывать ее сомнительное инкогнито тоже, а для всего прочего есть несчастные случаи, если ей вдруг что-то не понравится. Дикие племена, голодные крокодилы и что еще их там могло встретить в затяжном путешествии, кроме дизентерии.
— Советское? — она на миг прекратила обмахиваться веером, сосредоточив любопытный взгляд на мужчине. Эмпуса бывала и в Российской Империи, и на Руси — еще до тех скорбных времен, когда один князь решил принять христианство, похерив старые верования в действительно существующих богов. Но после революции и расстрела царской семьи еще не ездила в новое государство. — Я очень мало знаю про страну Советов, расскажете?
Вопрос она не проигнорировала, но опустила. Необычное путешествие... ну, допустим, отправилась в него хтонь потому, что ее попросила мама, поискать один из старинных амулетов, которые делала когда-то сотни лет назад. Но просьбу Гекаты стоило приравнивать к приказу, а приказ к стихийному бедствию. Она и так долго откладывала это сомнительное приключение в духе «пойди туда, не знаю куда». В прошлое свое воплощение Эмпуса успела выяснить, что пути-дорожки ведут в Египет, хотя раньше имелось предположение, что цацка осела где-то за Карпатами.
С египетским пантеоном она не то чтобы дружила. Но знакомы, конечно, были, хотя и не стала местных богов и существ ставить в известность о своем визите. Она здесь, скажем так, с частными целями, зачем давать поводы? Если можно их не давать.
Просто пробираться за проводником через дебри, иногда вспоминая, что баба, и томно жалуясь на неудобства. Но на самом деле, за века, особенно средние, столько неудобств перенесла, что брезентовая одноместная палатка, москиты и консервы — почти роскошный быт, а когда итальянец вечером у костра травил байки с некоторым флером пошлости, было весело и интересно. Элизабет даже приперлась к нему одной из ночей, слегка отхлебнув свежей кровушки — исключительно из пореза, мало ли их можно заработать в походе через джунгли. Итальянец, введенный суккубствующей тварью в сладкий транс, не сопротивлялся и поутру не помнил ничего, кроме случайного секса. Поглядывал на рыжую вроде-как-британку с надеждами, но она пока что делала вид, что мужику все приснилось, чтобы не плодить двусмысленности раньше времени. И не лишиться кормовой базы, хотя голодна, если честно, не была, ей просто захотелось. А тварь не привыкла себе отказывать.
Ближе к концу маршрута их проводник если и не занервничал, то начал напрягаться. Деньги творили чудеса, и потому он согласился вести оголтелых европейцев к аборигенному племени, но сам туда не слишком хотел. Не говорил об этом вслух, но хтонь, чувствующая страхи, считывала его состояние и даже потихоньку глушила, чтобы Стюарт не передумал и не свернул назад. Или не бросил группу, решив, что свою задачу выполнил, а дальше как-нибудь сами, никто вас не заставлял.
— Что-то не так? — нежным голосочком поинтересовалась Элизабет на очередном привале, прихлебывая кофе из жестяной кружки. — Вам как будто не нравится идея познакомиться с этими загадочными господами.
— Ну что вы, мисс... миссис Коллинз, это просто усталость, мы проделали долгий и трудный путь. Все будет в лучшем виде, — вот теперь Эмпуса ему тем более не верила, и это становилось куда забавнее. — Просто прошу запомнить, что местные жители не слишком рады чужакам, особенно тем, кто приближается к их ритуальным постройкам. Смотреть можно, но руками не стоит трогать. Женщинам в первую очередь, у аборигенов женщины, как и у многих племен, считаются существами нечистыми, и за такое оскорбление вполне могут напасть.
Хотела бы хтонь посмотреть, как на нее нападают с луком и копьем — да и смотрела уже не раз. Кстати, и копьем под ребра получала. Иногда регенерировала, иногда отправлялась в подземное царство, тихо матерясь.
Но снова поправила шляпку, искоса поглядывая на остальных участников экспедиции. Дамы были возмущены и смущены одновременно, мужчины строили планы. В том числе, как будут спасать дам от гнева отсталого племени, потрясая наганами и браунингами. Огнестрельное оружие — просто прелесть. Но больно почти так же, как от холодного, только быстрее и с расстояния. И хрен увернешься. Бесит.
— Антон, — она улыбнулась, поглядывая на спутника с любопытством. — А что советская власть думает о языческих верованиях?
Насколько Элизабет знала, там сейчас в моде атеизм. Что весьма облегчает жизнь всяким хищным сущностям, потому что теперь от них не могут защищаться молитвами, партия такой метод не одобряет.

пост папочки

Сет стоял над распотрошённым мешком и пытался припомнить, когда в последний раз испытывал такое профессиональное бессилие. Кажется, в четырнадцатом веке, когда чума косил людей быстрее, чем он успевал их обрабатывать, и трупы складывали штабелями прямо на улицах. Но тогда хотя бы было понятно, что со всем этим делать — сжигать к херам, и дело с концом. Сейчас всё сложнее.

Он опёрся руками на стол, куда Эмпуса вывалила содержимое пакета, вглядываясь в то, что она назвала «телом». Ну, формально — да. Тело. Было. Теперь это напоминало анатомический театр после неудачного эксперимента, где студенты-медики решили попрактиковаться в ампутациях без анестезии и учебника. Грудная клетка зияла пустотой, внутренности перемешались в неаппетитную кучу, а голова держалась на честном слове и полоске кожи.

Он представил, как пытается поднять этот конструктор. Даже если собрать скелет по косточкам — а их, судя по всему, половина переломана, — наращивать мышцы придётся с нуля. И где брать биомассу? У свиней на бойне? Идея, конечно, занятная, но труп на выходе получится гибридом человека и хряка. Криминалисты, может, и не заметят, если очень постараются, но вот зоозащитники точно придут с плакатами.

— Ну нихрена себе ты его, — пробормотал Сет, обращаясь то ли к телу, то ли к отсутствующей Этель. — Хоть бы кусочек целый оставила для приличия.

В этот момент она влетела в подвал — босая, в его рубашке, с мокрыми волосами, от которых пахло его шампунем. И от этого контраста — только что стояла по уши в чужой крови, а теперь чистенькая, домашняя, будто пришла пожелать спокойной ночи — у Сета на секунду перехватило дыхание.

Она оперлась на косяк, разглядывая его, и Сет кожей чувствовал этот взгляд. Знал, что она ждёт. Ждёт, когда он скажет, что всё пучком, что он что-нибудь придумает, что древнее чудовище не настолько древнее и чудовищное, чтобы не справиться с маленькой проблемой в виде разобранного на запчасти человека. Он даже открыл рот, чтобы что-то соврать про варианты и планы, но она заговорила первой.

Сет перевёл взгляд с неё на тело и обратно. Провёл ладонью по лицу, запрокинул голову, глядя в потолок, будто там были написаны ответы на все вопросы.

— Помочь? — переспросил он глухо. — Дорогая, тут помочь может только промышленный измельчитель для веток. Или крематорий, которого у меня, мать его, нет!

Он резко выдохнул и заставил себя успокоиться. Криком делу не поможешь, а Этель только раззадоривать — себе дороже. Начнёт ещё оправдываться или, того хуже, предлагать альтернативные варианты с отчленением голов и захоронением в разных штатах. Хотя, стоп. А это мысль.

Сет присел на корточки, вглядываясь в тело уже профессиональным взглядом некроманта, а не просто раздражённого любовника. Допустим, собрать невозможно. Допустим, реанимировать — только если как зомби, но зомби привлекают внимание. Особенно если у зомби полтуловища болтается на лямках. Допустим, можно расчленить и выкинуть по частям. Но это время, риск и куча мест, где эти части могут случайно найти.

Нужно, чтобы труп нашли. Чтобы нашли быстро, в убедительных обстоятельствах, и чтобы никто не связал эту находку ни с ним, ни с Этель.

Сет поднялся, вытер руки о штаны — бесполезно, они и так были в крови от разглядывания этого кошмара — и наконец посмотрел на неё в упор.

— Ты уверена, что за тобой никто не следил? — спросил он жёстко, без намёка на нежность. Сейчас он не любовник, сейчас он чистильщик, которому подкинули работу. — Тот кто с тобой был, случайные прохожие, его друзья. Ты мелькала где-то на камерах, пока грузила это в машину?

Вопросы были не праздные. Если она засветилась — придётся отрабатывать по полной, и, возможно, мочить уже живых свидетелей. Если нет — можно дышать свободнее.

Сет обошёл тело по кругу, прикидывая варианты. Потом остановился и посмотрел на Этель долгим взглядом.

— Ладно. Допустим, мы решаем проблему кардинально, — он щёлкнул пальцами, призывая магию, проверяя резерв. Хватит. На пару часов работы — хватит. — Я могу его поднять. Могу заставить дойти до нужного места. Могу даже сделать так, что он будет делать то, что я скажу, — Сет поморщился. — Но для этого ему нужен минимальный порядок. Хотя бы чтобы конечности держались и голова не болталась. Иначе это будет не человек, а ходячий спецэффект из фильма ужасов. А нам нужно, чтобы он прошёл перед камерами, сел в машину — в другую, не твою, — уехал за город и там благополучно скончался от нападения дикого животного.

Он посмотрел на неё с кривой усмешкой.

— Справишься с брезгливостью? Мне понадобятся нитки. Много ниток. И иголка побольше. И где-то часа два твоего драгоценного времени на зашивание этого мешка с костями.

Сет уже мысленно прикидывал, где взять машину, на которой никто не опознает номера, и куда именно вывезти это чудо. Лесопарковая зона на севере Бостона — слишком близко, найдут быстро, могут заподозрить. Леса под Конкордом — самое то. Тихие, безлюдные, и пумы там реально водятся. Пару раз даже нападения были, правда, на собак, но кто будет проверять?

— И ещё, — добавил он, пока мысль не улетучилась. — Ты знаешь этого урода. Кто его папаша, кто будет искать, есть ли у него враги, на которых можно всё списать? Думай. Мне нужно максимум информации, чтобы подстроить легенду.

Сет потянулся к ящику с инструментами, где хранил всякое старьё — ещё с тех времён, когда бальзамированием занимался для души и похоронного бюро у него не было. Достал большую хирургическую иглу, моток суровых ниток, которые обычно используют для сшивания мешков, и бросил всё это на стол.

— Ну что, доктор Франкенштейн, — он усмехнулся, глядя на Этель с вызовом. — Готова стать моей ассистенткой? Только сразу предупреждаю: если тебя вырвет прямо в процессе — отмывать подвал будешь сама. И секса тебе не видать, пока тут всё не проветрится.

Сет сомневался, что Этель вырвет. Он вообще сомневался, что эту женщину хоть что-то могло вывернуть наизнанку — ни древность, ни опыт, ни даже вид собственного творчества в мешке не производили на неё должного впечатления. Но поддеть он посчитал необходимым. Чисто для профилактики. Чтобы знала, что в следующий раз, если такой случится, трупы лучше привозить в более презентабельном виде. Или хотя бы звонить заранее, чтобы он успел морально подготовиться и, желательно, накатить чего-нибудь покрепче.

Это он ещё долго будет ей припоминать. Каждую сломанную косточку, каждую оторванную конечность, каждый час, проведённый за сшиванием того, что сшивать было не предназначено природой. Сет уже мысленно составлял список её будущих обязанностей, куда входили не только оральные ласки и беспрекословное подчинение, но и, например, еженедельная уборка подвала вручную, без магии. Зубной щёткой. Но это потом. Сначала — труп.

— Хорошо хоть лицо не тронула, — пробормотал Сет, вдевая нитку в иглу и примеряясь к масштабу работ. Поднял взгляд на Этель, всё ещё стоящую в дверях, с этим её невозмутимым выражением лица, будто она не куски человека в мешке притащила, а коробку с пиццей. — Понравился?

Он отматывал нитки, не глядя на неё, сосредоточенно проверяя крепость. Суровые нитки, конечно, не медицинский шовный материал, но для его задач сойдут. Главное, чтобы голова не отвалилась по дороге к месту назначения. А внутренности... ну, внутренности пусть болтаются. Кто ж знает, что у трупа внутри? Только патологоанатом, но до него этот экземпляр, скорее всего, не доедет. Если всё сделать правильно.

— И ещё нужна будет одежда, — добавил он, уже переходя к делу. — Такая же, как на нём сейчас. Достанешь?

Сет кивнул на окровавленные лохмотья, которые когда-то были, судя по остаткам этикетки, довольно дорогой рубашкой. Джинсы, кажется, тоже не с рынка. Ботинки хорошие. Значит, папаша действительно не последний человек, раз сыночек так вырядился. Тем более надо подойти к вопросу тщательно.

— Мне нужно, чтобы он выглядел так же, как в этот вечер, — пояснил Сет, уже склоняясь над телом и прикидывая, с какой конечности начать. — Камеры... где ты вообще его нашла? Камеры на улице, свидетели — они запомнили его в этой одежде. Если он объявится в другом прикиде, возникнут вопросы. А нам вопросы не нужны. Нам нужно, чтобы всё было гладко.

Он взял оторванную руку, приложил к культе, поморщился и отложил в сторону. С этой придётся повозиться. Слишком много мелких осколков костей.

— Одежду той же марки, того же цвета, того же фасона, — уточнил он, не оборачиваясь. — Джинсы, рубашка, трусы, носки, ботинки. Всё, что на нём было. Даже ремень, если был. Я подниму его, одену, заставлю дойти до машины, сесть и уехать. Потом — переодену в то, в чём его найдут. Остальное сожжем.

Сет выпрямился, разминая затёкшую спину, и посмотрел на неё уже серьёзно, без намёка на подколы.

— Справишься? Только аккуратно. Если полезешь в те же магазины, где он покупал, или начнёшь светиться перед продавцами — проколемся. Используй тени, используй подставных, используй кого угодно, но чтобы через неделю никто не вспомнил, что доктор Резерфорд интересовалась гардеробом покойника. Поняла?

Он ждал ответа, но уже снова склонялся над телом, беря в руки иглу. Работы было много и надолго и лучше начать прямо сейчас, пока магия не развеялась, а нервные клетки ещё не закончились.

Сет воткнул иглу в кожу на предплечье трупа и начал аккуратно стягивать края рваной раны. Работа предстояла ювелирная, и отвлекаться на посторонние мысли было нельзя. Но одна мысль всё же пробилась: какого чёрта он вообще в это ввязался? И ответ пришёл сразу же: потому что это она. Потому что кто, если не он? И потому что, если честно, древнему некроманту было даже немного интересно. Давненько он не занимался такой реставрацией. Пыль веков, блин.