Энтони безрадостно всматривается в темно — янтарного цвета жидкость, покручивая в руке простенький стакан. Хотелось бы считать, что вместо глэнкерн он получил более обыденный рокс, но, черт подери — это просто обычный тонкостенный дешевый стакан!
Ладно...
Как будто он и правда думал, что на кухне этого мужлана есть то, что он запросил. Хорошо, что не приходится хлебать вискарь прямо из горла, передавая друг другу бутылку. В конце концов это была, можно сказать, что насмешка, желание поддеть и поглазеть, как хозяин дома начнет тихонько раздражаться.

Однако, не случилось.
Стирать самодовольные улыбки с чужих рож, эта псина умеет профессионально и не только физически, но и словом.

Первый глоток из чужого стакана Тони провожает понимающим взглядом.
То, насколько Хоукер по жизни в целом и конкретно сегодня заебался, видно с первого на него взгляда. Так что, никакого осуждения. А вот от бубнежа о том, что никаких де развлечений на его территории, веет явной озлобленностью, а дослушав фразу до конца,  Тони и вовсе удивленно вскидывает брови.
По его мнению — город очень даже хорош, даже куда лучше Нью — Йорка в некоторых моментах, а с позиции максимально приближенного к боссу мафии личного телохранителя — так и вовсе. Тут очень хочется в очередной раз съязвить, но мужчина помнит, что уже пообещал сам себе, больше этого не делать.

— Я люблю этот сраный город.

Свою порцию блондин отпивает небольшим глотком, перекатывает из -за одной щеки за другую, лишь потом проглатывает и смакует послевкусие.
Виски хорош! Хозяин явно не пожалел для не самого желанного гостя своих дорогих запасов. Хотя, наверняка, гостей тут не бывает в принципе.

... Со стола на него летит все, что ни попадя, а сам стол кажется слишком высоким. С противоположной стороны на него глядит его же разъяренная рожа.

— Не может быть, что это моя такая! - невпопад выдает Энджел и тянется к знакомому лицу, пощупать. — Лапы! - в поле зрения попадает своя конечность. — Когти!!  — в хриплом голосе начинает проскакивать тень истерики. Лапа мгновенно отдергивается, ведь теперь уже не так интересует почему Энджел Даст сидит напротив, как то, почему Энджел Даст, вообще — то не он сам!

— Аааыыы...! — из горла вырывается только нечто невнятное, полное ужаса и сожаления, когда, Эндж судорожно ощупывает и осматривает везде, где может достать, новое тело. Ну, как — новое? Со стороны оно ему отлично знакомо. Эта пушистая разномастная шкура принадлежит Хаску, вообще — то.

Завершив знакомство с новым собой, Даст понимает, что по сути то, на его вкус, хороши тут только крылья. Ну, хвост еще, может быть.
Хочется орать.
Очень.
Вместо этого, новоявленный котик откидывается вдруг на спинку дивана и начинает заливисто хохотать. Как выглядит со стороны ржущий во все горло «Хаск» можно увидеть впервые.

— Ты расслабься, Хаски! Я вчера кинул в бутылку такую маааленькую таблеточку. - когтистая лапа поднимается, чтоб показать собеседнику, примерный размер лакомства — Желтенькую. Продавец уверял, что будет просто феерия! —  паучок продолжает еще немного похихикивать — Как отпустит — возьму еще. Глюки как живые! Смотри, у меня хвост есть! - свободной лапой Эндж вытягивает из -за спины длинный хвост с яркой кисточкой и демонстрирует Хаску, как нечто, чего тот никогда не видел. — Огонь, правда?

Все таки, кошачье тело — это еще ничего. Вот если бы он пил эту дурь с Валом... Эти красные глазки и плешивая башка...