пахнет дождём и табачным дымом :: разбитые костяшки и десятки ссадин на теле — следы разговоров, которые не умеет вести словами :: восемнадцать лет, а усталость в плечах, будто за тридцать :: ночь — время для жизни, разговоров и тишины :: улицы после полуночи кажутся безопаснее любого дома :: самостоятельность не как выбор, а как необходимость :: умный, наблюдательный, быстро учится всему, за что берётся :: мягкий голос, который не вяжется с резкими фразами :: молочный чай без сиропов :: горький шоколад как единственный допустимый десерт :: плохая компания из более старших друзей, опасные авантюры и стакан, который всегда наполняют за него :: алкоголь как пауза между домом и реальностью :: рискованные подработки, чтобы не зависеть от семьи :: дом, где мачеха давит словами :: (не) отец-политик с холодной жестокостью и привычкой срываться :: любовь как инстинкт, а не романтика :: ревность, собственничество, желание контролировать — как попытка удержать мир в руках :: холодный снаружи, внимательный до мелочей внутри :: доброе сердце, которое никто не учил беречь.
в детстве между нами всё было проще. не легче — проще. ты делал вид, что мы семья, а я соглашалась, потому что у меня не было выбора. приютская девчонка, появившаяся слишком внезапно и слишком вовремя для образа политика-«отца». удачная деталь, правильно встроенная в кадр. тебя никто не спрашивал, согласен ты или нет — просто поставили перед фактом, что я теперь есть.
ты мне никогда не нравился.
обнимал меня перед камерами и ярко улыбался, — и казался почти чудесным. а дома бросался словами, острыми и точными, от которых болело где-то под рёбрами. сначала я терпела и на что-то надеялась. а потом перестала ждать. мечты о любви тех, кому она никогда не была нужна, растворились, словно туман после дождя. мне просто хотелось вырваться из-под этого гнёта — стать отдельной, независимой.
но с возрастом всё начало искажаться, будто прошлое было сном, который вспоминаешь кусками. «отец» стал пить и срываться на мне — больно, скрупулёзно, по определённым точкам. без следов. «мать» же ненавидела моё лицо, словно я была напоминанием того, чего у неё никогда не будет. у всех актрис такие бзики, да? а ты… ты словно сорвался с цепи.
тебе не нравятся мои увлечения — хотя половину из них ты даже не знаешь. тебя бесит моя единственная подруга, до такой степени, что вы вечно ругаетесь, будто делите территорию. ты раздражаешься каждый раз, когда тебе кажется, что что-то выходит из-под твоего контроля. хах. я не знала, что могу кричать до хрипоты — но с тобой часто по-другому невозможно. ты будто жаждешь этих ссор, вытаскиваешь их из воздуха, из случайных слов, из моего молчания.
что между нами происходит, сончан?...
мне тоже не нравится твоя компания друзей. не нравится, что ты пропадаешь до утра, что от тебя пахнет алкоголем, смешанным с дорогими сигаретами и улицей. мне страшно, когда ты уходишь, потому что боюсь, что однажды ты попадёшь в беду из-за своих «хёнов» или подработок, а я буду бессильна что-то сделать. мой страх не о том, что тебя ранят — а о том, что я не смогу удержать тебя, когда мир решит ударить.
потому что ты можешь быть моей защитой, а я твоей нет.
мы бесконечно скандалим, а потом залечиваем раны друг друга — зло, неловко, язвя о том, что нужно быть аккуратнее и не нарываться. я всегда вижу, как ты злишься, когда понимаешь, что меня снова доставали в школе. ты делаешь вид, что тебе всё равно. у тебя это плохо получается.
ты мне не нравишься. правда. ясно? всё ещё не нравишься.
даже если иногда, совсем некстати, возникает это чувство —
ты мой.
и я до сих пор не знаю, почему.
как уже понятно, заявка в пару. всё описано не в деталях, их обсудим тогда, когда ты придёшь. фамилия тебе досталась от матери, ты сын от первого брака, но не родной для отца, хотя он об этом не знает. и да, будет введён ещё один персонаж (в теории), который будет нам активно мешать в чувствах друг к другу. цепями к себе не приковываю: приходи и обрастай связями, играй с теми, с кем хочется. посты с пистолетом у виска не требую. пишу от 3к, от 3-его лица, если что. не то что бы супер активный игрок, но если у нас всё пойдёт очень хорошо, буду стараться отвечать часто. зависаю во флуде и буду рада, если ты тоже сможешь влиться. вкидывайся в личку сразу с постом, чтобы было понятно, сыграемся мы или нет.
Внешность персонажа: Jung Sungchan [group «Riize»]
Кратенько о моём персонаже: Ella Gross - девчонка из приюта, на данный момент, школьница. Немножко художник, немножко блоггер.
И прикладываю пример поста, чтобы было понятно, как я пишу.
капучино? с каким сиропом? карамельным? корица или шоколадная крошка? да, ожидайте, пожалуйста. дежурная улыбка, приклеенная к лицу не отражает ни одну из эмоций, что горячим клубком закручиваются в груди, только оставаться такой спокойной и доброжелательной едва хватает сил. нервы звенят натянутой тетивой каждый раз, как взгляд падает на второй столик у окна, откуда слишком хорошо видно её рабочее место. может быть, это просто паранойя? недосып и усталость? если сложить всё в одно, то и покажется всё, что угодно.
юна ставит стакан с кофе на поднос и мысленно считает про себя от 1 до 10, пытаясь унять бурный поток мыслей и чувств, от которых уже начинает болеть голова. это всё глупое совпадение. ну приходит лишь в мою смену и что? может у него время так распределено? график там какой-нибудь, к примеру. вот сходимся так, что у меня часы рабочие, а у него свободные. увещевания самой себя срабатывают на короткий промежуток, пока хана мягко не касается плеча, шепча на ухо о явном сталкерстве и предлагает сходить в полицию за консультацией. сольюн хочется сжаться в комочек и спрятаться, не желая признавать того, что её напарница права. но та почему-то через пару секунд уже ерошит ей волосы и тихо смеётся, прося не напрягаться. может он просто в тебя влюблен??
oh, shut up, honey. it seems like your calling is to talk nonsense. а вдруг действительно, стоит идти в полицию? но чем ей поможет какая-то консультация? она поворачивает голову и сталкиваясь с чужим внимательным взглядом, невольно вздрагивает. смотрит так, будто препарировать собрался. боже, за что ты меня так не любишь? разве мне мало проблем в жизни? сложных ситуаций и правда хватало с головой, начиная от психической болезни матери и заканчивая очередным конфликтом в университете. юна до сих пор не понимала, каким таким волшебным образом избежала вчера публичного унижения, случайно выйдя из положения невидимки перед местной королевой факультета. не иначе у этой стервы было хорошее настроение.
хана толкает в плечо, спрашивая какую чашку по счёту пьёт этот мужчина за вторым столиком и сольюн мрачно вздыхает, закатывая глаза. в этом был главный недостаток её коллеги — если подозрительный тип является красавчиком, ему можно простить всё, а заодно узнать номер телефона и выпросить свидание. четвёртая. волнуешься о его сердечке? ну да, он уже в возрасте. ему бы стоило больше заботиться о здоровье. давай подойди и вырази свои искренние переживания, может он хоть перестанет пялиться в мою сторону. а я потом с радостью побуду подружкой невесты. напарница раздражённо фыркая, уходит в подсобку и юна остаётся в кофейне практически один на один с этим дурацким сталкером, доводящим её до холодных мурашек, танцующих на позвонках уже три недели подряд. i'm so tired of this.
пальцы слегка дрожали, отражая внутреннее состояние, которое было совсем ни к чёрту. ладно, осталось продержаться до конца смены. ещё всего час? сольюн взглянула в широкие и большие окна, где сгущалась чернильно-чёрная зимняя темнота, борющаяся со светом неоновых вывесок и огней, всегда заполняющих город. было бы совсем не страшно пройтись по такому сеулу, но она жила далеко отсюда, куда дорога до нужной остановки пролегала совсем не через шумные и оживлённые улицы, на другом конце города, в чунгу. ей требовалось потратить 30 минут пешком и ещё час на то, чтобы доехать до дома. поэтому юна терпеть не могла вечерние смены, хоть они и были редкими. она и так себя никогда не чувствовала в безопасности, а возвращение в их маленькую квартирку с матерью почти ночью, только подливало масла в огонь.
хана выпорхнула из-за стойки, распространяя сильный и чрезвычайно сладкий аромат духов, что сольюн терпеть не могла. полфлакона на себя выливает, не иначе. она скептически оглядела розовую куртку напарницы, подбитую искусственным мехом, переливающуюся десятками стразов, да ещё с какими-то перьями, но ничего не сказала. а потом ты придёшь на работу с соплями по колено. что может греть эта рыбья подстёжка? она буднично среагировала на пожелание хорошо доработать и даже не проводила хану взглядом, а с опаской глянула в сторону второго столика у окна. если ты сейчас закажешь пятую чашку, то я добавлю туда мышьяк. глаза в глаза снова и она опять отворачивается, начиная ощущать себя каким-то экспонатом в музее для единственного кошмарно преданного зрителя. да когда ты уже уйдешь-то?!
сольюн с трудом отвлекается, начиная протирать оборудование и убирая лишнюю посуду, и в какой-то момент, слушая тихую музыку, играющую в кофейне, понимает, что больше нет того гнетущего чувства. пусто. никого. слава богу! она заметно веселеет, продолжая уборку, а затем подсчитывает прибыль за сегодняшний день и на улицу выходит ближе к десяти часам вечера, наконец закрывая кафе и вешая сумку на плечо. уже через пять минут приходится свернуть с улицы, ярко сияющей разноцветными огнями баров/магазинов/ресторанов и пойти по не самому хорошо освещённому переулку. в такие моменты, она никогда не слушала ничего в наушниках, стараясь быть очень осторожной на тот случай, если привлечёт чьё-то нежелательное внимание. сумка неприятной тяжестью немного тянула вниз из-за большого количества учебников, так как на смену юна пришла уже из университета. до остановки оставалось около двадцати минут пешком вместе со страхом, мерзко липнущим к телу из-за того, что за спиной звучали чужие шаги, не отстающие от неё ни на мгновение.
кому-то просто в ту же сторону. ну да, в таком-то месте, практически ночью, чего бы и не идти за одинокой девушкой. она одновременно и успокаивает себя, и тут же разбивает эти попытки в труху за секунды. нащупывает в кармане газовый баллончик, судорожно продумывая план действий и ускоряет шаг, пока сердце падает куда-то вниз из-за того, что преследователь повторяет за ней. сумка. развернусь и ударю сумкой, а потом ещё и баллончиком в лицо брызну. и бежать, бежать, бежать. только оборачиваться ещё страшнее и приходится собрать себя в кулак, чтобы сделать это. может у меня не самая удачная жизнь, но!
она останавливается так резко, что человек позади не успевает сориентироваться и этих секунд ей хватает для того, чтобы внезапно повернуться, вкладывая все силы в то, чтобы сделать замах сумкой. кийя! у неё непроизвольно вырывается какой-то выкрик ниндзя и кипа учебников, прикрытых холщовой тканью, обрушивается на преступника (?), а сама сольюн инстинктивно зажмуривается, совсем забывая про свой дальнейший план.
Отредактировано дочь локи (Вчера 23:14:34)