FORGOTTEN REALMS
Я буду мстить, и мстя моя страшна!
Vizeran DeVir // Визеран ДеВир
любой арт или генерация, я не против качественного ИИ

---

Ты гений магии, и это не ирония, но гений недооценённый, а с возрастом стал параноидальным и сварливым. Ты почти ровесник Громфа Бэнра, хотя и помладше. Ты не смог его одолеть, и тебе пришлось бежать из родного города. Ты поселился в глубинах Андердарка, в башне Арадж, и окружил свою твердыню множеством ловушек, намекающих на то, что гостям ты не рад. У тебя нет друзей, и ты не стремишься их заводить.
Собственно твоя жизнь эгоцентричного отшельника помогла тебе избежать гибели вместе со всеми во время падения Дома Де Вир. И тебе было более чем всё равно на то, что они погибли. Кажется, рухни даже весь Мензоберранзан - тебя это ничуть не тронуло бы.
Ты хитёр, умён, себе на уме и никогда не постесняешься воспользоваться другими в своих эгоистичных целях. Тебя интересует только твоя победа, хотя тех, кто тебе полезен, ты можешь пощадить, чтобы они тебе служили. На количество жертв, в том числе и невинных, тебе плевать, хотя ты не из тех, кто убивает просто так, без всякой цели и необходимости. Ты в первую очередь руководствуешься выгодой и даже можешь совершить пару средних масштабов подвигов, если за это отхватишь неплохой куш.
Мы с тобой непримиримые враги, я отправил тебя в Абисс, но прекрасно знаю, что ты вернёшься. Ну же, ты наверняка хочешь взять реванш за своё поражение.

---

заявка в пару: нет

---

Я хочу играть противостояние, причём не только на перекидывание фаерболами, но интеллектуальное. Мне бы хотелось, чтобы ты подмял под себя пару тёмных культов, интриговал, строил козни. Мой персонаж далеко не дурак, но довольно прямолинейный и может попасться в тонкую ловушку. Я бы поиграл моё пленение в том числе.

---

Ваш пост

Макос обычно избегал таких скоплений народа. Праздники вообще не были его коньком. Он прекрасно обходился тишиной библиотек или своей лаборатории, где исследовал очередные отобранные у врага мрачные манускрипты, тёмные артефакты или исторические события. Редко кто видел на его лице даже улыбку — всегда слишком серьёзный, чтобы в его присутствии можно было легко веселиться. Казалось, одно его появление уже создаёт нечто вроде мрачной ауры в помещении. Он был таким с детства – предоставленный самому себе, необщительный, ожидающий от других в основном только подвоха, если не прямой агрессии. К сожалению, такова жизнь тифлинга в любом крупном городе. Парадоксально, но, чем более просвещёнными, светлыми и благородными себя считали эти города, тем более нетерпимы там были жители ко всем выходцам так называемых злобных рас. Большинство не хотели видеть глубже наружного облика. По мнению Макоса – они вообще ничего не смыслили дальше собственного носа. И, разумеется, раскрытие его натуры лича ничуть не способствовало изменению отношения простых жителей к лучшему. Наверняка многие из них были не слишком-то довольны установлением ему памятника в Речном квартале, уверенные, что лорд Неверембер мог использовать такие большие деньги куда более рациональным способом.
Он бы и сегодня не пришёл по своей воле, если бы его не попросила присутствовать Зуна. Она всё ещё не теряла надежды растормошить его и увидеть в хорошем настроении. Было, пожалуй, бессмысленно объяснять ей, что у него и так всё в порядке, и он вовсе не подавлен, а сам по себе такой. Что поделать, ни лёгкости характера, ни стремления к общению от природы не досталось. Нельзя, конечно, сказать, что он полностью был диким затворником, но всё же чем меньше вокруг народа, тем ему было комфортнее. Спорить с Зуной – бессмысленно и себе дороже. Макос ещё никогда не видел настолько же упрямую девушку.
У него часто так получалось. Макоса много раз втягивали в самые разные авантюры, потому что он не мог отказать друзьям. По большей части – из-за того, что их у него было отнюдь не так много, чтобы ими разбрасываться. Уж тот неоспоримый факт, что другим нужно уделять время и внимание, чтобы они тебя не бросили, он усвоил давно.
А праздничное убранство Невервинтера стоило того, чтобы на него посмотреть. Разноцветные флаги и цветочные гирлянды развесили по всем улицам и площадям. Народ щеголял пёстрыми нарядами, даже самые бедные надели лучшую одежду, что у них была. Повсюду выступали фокусники и музыканты. Многие танцевали, не обращая внимания на окружающих и не думая, как они выглядят со стороны. Было очевидно, что эти люди получают так много удовольствия, что его не способно испортить мнение других. Отовсюду шёл прекрасный аромат свежей выпечки, и чуть ли не на каждом углу торговали сладостями из лотков. Макс бросил одному из таких пару золотых монет, и, получив увесистый кулёк нежно-розовых, канареечно-жёлтых и рубиново-красных карамелек, предложил их детворе. Они мгновенно расхватали угощение, хотя и немного робели перед высоким тифлингом с горящими голубым огнём глазами. Большинство всё же хорошо знали его, в немалой степени благодаря осаде Невервинтера и той самой статуе, что красовалась в Речном квартале, и привыкли считать своим, поэтому Макос не насторожил даже родителей. И, хотя он всё ещё не выглядел радостным, выражение его лица потеплело. Невозможно описать, как приятно было слышать смех малолетних сорванцов и смотреть, как они резвятся. Ведь ещё недавно на город обрушилось столько бед, что они рисковали навсегда лишиться будущего.