VIKINGS
Hine forleosan wæs glæmum dearce, swa ic næfre cuþe.
Hine wilnian wæs haswe greg, ana forworht.
Hine forgietan wæs swa swa tocnawan
sumne þe þu næfre gemittest.
Hine lufian wæs read
Ragnar 'Lothbrok' Sigurdsson // Рагнар "Лодброк" Сигурдсон
Travis Fimmel

---

It does not matter where I go.
What matters to me is where you are going.

Кто-то назовет тебя: "бичом божьим", кто-то: "конунгом данов", кто-то, возможно, скажет: "сын Одина", я же скажу, что в первую очередь ты был — человеком, из плоти и крови, а не как потом обязательно напишут в исторических хрониках.
Многое отличало тебя от соплеменников: гибкий ум, жажда знания, отсутствие страха перед новым, — ты хотел лучшего для своего народа и стремился к этому всем собой. Север — красивый, но суровый край, и ты знал это как никто другой. А оттого тебе хотелось познать непознанный Запад. Боги благоволили к тебе — всегда, даже тогда когда казалось что это не так.
Ты — хороший отец. Славные деяния твоих сыновей гремят в веках и хрониках. Ты воспитал их достойно.
Ты — плохой отец. Твои сыновья никогда не ладили меж собой, и ты это выпустил из виду.
Ты — хороший муж. Ты любил своих жен, обеих. Хотя, пожалуй, неравноценно.
Ты — плохой муж. Прояви ты чуть больше сдержанности — и все бы сложилось иначе.
Ты стал легендой при жизни, но, наверное, мало кто мог разглядеть в тебе, за всем этим сияющим фасадом, человека с любящим и неогрубевшим сердцем. Порой мягким. Порой трепетным. В тебе никогда не было хоть сколько-то терпения, только умение выжидать удачного момента для действия, слова, появления.
В трусости тоже нельзя было обвинить Рагнара Лодброка. Ты вел своих людей за собой, стоя порой в "стене" щитов — не боясь ничего. Любил разгадывать противника и угадывать его действия — хорошее тактическое и стратегическое мышление.
И все же спроси меня кто: "Какой он — Рагнар Лодброк, каттегатский конунг?", я отвечу: "Посмотри на море и ты увидишь нашего конунга".

Законы богов иные, нежели законы людей.
И чтобы добиться своего, нужно переступить через законы людей.

---

заявка в пару: да

---

Рагнар - прекрасен, как сто тысяч рассветов над Каттегатом. Для меня "Викинги" - это первый сериал, где главный мужской персонаж показан настолько эмоционально открытым. Рагнар - воин, а еще он тонко чувствующий человек, который не стесняется выражать свои чувства, не боится их показывать. Это сложный и многогранный персонаж, которого будет безмерно интересно играть.
Сразу скажу, что тройничок с Лагертой меня не интересует, потому что этот гештальт закрыт еще вовремя выхода сериала. И теперь я хочу поиграть просто свой любимый пейринг. У меня есть вагон идей, я ОЧЕНЬ замотирован сыграть. Обычно я пишу что-то про пост в месяц, но тут для меня не проблема писать намного чаще, потому что я очень сильно хочу поиграть. В меру возможностей и умений своих делаю графику.
У меня миллион идей и для каноничного сеттинга, и для разного рода АУ и кроссоверов. Приди, буду любить, носить на руках и очень сильно ценить.
Из возможно важного про меня как про игрока: заглавные буквы, третье лицо, птица-тройка опциональна. У меня посты короткие +/— 2.5к символов (может быть больше, но не всегда) — если важен размер поста, стоит учитывать. Есть просьба, пожалуйста, без лапслока. Из-за особенностей зрения мне физически сложно читать такие посты. Во всем остальном я - подстроюсь.
Связь лс/тг

---

Пример поста

Этельстан немного помолчал, чуть-чуть размышляя что ответить, впрочем, он бы соврал, если бы сказал, что нужно было долго думать. Ответ на заданный вопрос — щедро простирался во все стороны от славно утоптанной тропинки.
Зелень — уже во всю набрала силу и рост. Некоторые растения и вовсе — отцвели, и успели дать какие-никакие, но плоды.
- Бальдр, - он чуть прибавил шагу, чтобы вырваться вперед, да повернуться к Рагнару лицом. Так и шёл какое-то время — не видя, что за спиной, полностью уверенный в своём спутнике, который точно дал бы знать — будь что не так. - Мир просыпается и оживает, возвращается из сонного, мрачного и мёртвого состояния волчьего часа — к теплу и жизни.
Этельстан остановился около небольших деревьец. В Англии они были известны — как ирга. На нескольких деревьях уже отцвели цвета да вызревали плоды, но те, что были ближе к тропинке — частично были укрыты ирговым цветом. Белым, почти как яблоневый, но более — нежным.
Истёртый, потерявший половину своей красоты, торк, прокатился по этельстановой руке, когда он потянулся, чтобы сорвать несколько ягод с ирги. Они практически не росли около Линдисфарна, скорее, это было смутное воспоминание из позабытого, истёртого временем и монастырями, детства. Ветви несколько раз дёрнулись — и не отцветшие цветы начали осыпаться, украшая белым и одежду, и волосы Этельстана.
- Уже сладкая, - плоды ирги были похожи чем-то на смородину, но только намного, намного слаще. Этельстан съел несколько ягод, а потом сорвал — и для Рагнара, протягивая их на раскрытой ладони. «Ева пала от яблока» - мелькнула шальная мысль. - Чем не знак, что наш сегодняшний благодетель — это Бальдр?
Они были уже достаточно далеко от города и можно было сколько угодно глядеть во все глаза, не боясь вопроса от случайного человека: «Чего ты на него пялишься?», на Рагнара. Тревоги, печали, потери, неверные решения — оставили свой след на его лице, но вот глаза… Глаза оставались всё такими же ясными, цепкими, яркими. Понадобились годы, чтобы заметить, что цвет их меняется из-за настроения, словно цвет морской волны — от погоды. В Рагнаре было столько — от моря, что, наверное, ещё и из-за этого на него хотелось смотреть. Взгляд отдыхал, сердце радовалось. «Когда страх ушёл?» - сколько бы до этого Этельстан не размышлял над этим вопросом, а всё не было ответа на него. Нельзя было отследить эту нить — терялась в полотне жизни, коротким был её рисунок. Не стал страх — частью. На страхе столько лет не будешь не рядом, даже если…
Этельстан облизнул губы — ирга действительно было сладкой-сладкой. Сейчас возможно даже слаще мёда, который ближе к осени пойдут собирать бортники. «Собрать бы иргу да с мёдом смешать», - мысли сплошь все глупые-глупые были. Возможно, таковыми они у него всегда и были. Глупо, наверное, было полагать, что хоть кому-то в мире этом известен замысел и промысел хоть каких-то богов. Богам — божье, а ему, Этельстану, его — земное. Возможно, и, правда, нехорошо думать так (уж вслух-то точно никогда бы не посмел сказать — задрался бы чей-то нос аж прямо до самого Биврёста), но божеств можно и не увидеть, да и зачем, если рядом — их лучший сын?