| Всё по уши погрязло в дерьме: планета стонет, раздираемая войнами и гиперэксплуатацией, люди ломаются в кулаке корпократии с капитализмом, погибают - высушенные досуха. Мир, как он уяснил ещё в юношестве, едва балансирует на грани пропасти из экологических, экономических и гуманитарных катастроф - пошатываясь как последний пропойца, но держится. Всё ещё держится.
Сколько лет назад это было? Пять? Десять? Пятьдесят? Время давно перестало иметь хоть какой-то смысл. В его послужном списке - дипломы топовых учебных заведений мира, и это было важным когда-то. Они гарантировали безбедное будущее, но остались смутным воспоминанием о времени, когда он свято верил, что энтропию можно победить, играя по правилам.
Увы, привычные методы не работали: в битве инноваций и прибыли всегда побеждало второе, а любое более-менее успешное начинание было попросту обречено превратиться в очередную горсть золота, оседающую в карман корпораций.
И однажды ему пришла в голову мысль: что если заглянуть туда, куда те самые конгломераты из финансовых воротил с копами смотреть запрещали?
Его путь в Старую Сеть был настоящим паломничеством. В новой - ходили легенды о хранителях киберпространства, почти божественных сущностях, дьяволах, обезумевших алгоритмах и одичалых личных помощниках. Где-то в этом Инферно непременно должна была остаться неподвластная деградации сущность.
Он верил, и его вознаградили за веру.
В концепции высшей формы искусственного интеллекта он нашёл своё вдохновение, своего сообщника и ассистента: решение всё это время было под самым носом у человечества - пригласить тех, кого общество вытолкало в Преисподнюю заброшенного киберпространства, обратно в райские сады реального мира. Найти способ дать им приют в человеческом теле. Прислушаться к богам-изгнанникам Старой Сети, потому что они, возможно, последний шанс - нет, последний страховочный трос перед неизбежным обрывом.
Так решил он ...или - то, что жило всё это время, извращая до невозможности, его высшей целью, его телом, отголоском его сознания.
Попкультурные референсы: Виктор ("Аркейн"); Боб Пейдж ("Deus Ex"); Кукловод ("Призрак в доспехах").
Мистер Культист - экстр*мист с благими намерениями, носитель "древнего ужаса", интеллектуальный одиночка, а не опереточный злодей, пытающийся жэстачайшэ поработить мир. Он сплотил вокруг себя сообщество единомышленников, желающих спасти человечество от саморазрушения. Даже если это значит, что власть над происходящим надо передать "большим цифровым папочкам и мамочкам". Даже если это значит, что нужно провести двести-триста-сколько?- экспериментов в попытках открыть ИИ путь прямиком в человеческое тело.
Но знаешь что? Чумба не так-то прост: дело его жизни финансируют некоторые загадочные ребята в костюмах, очень заинтересованные в этих самых экспериментах. Вот и думай - на самом деле он всей душой верит в спасение мироздания или пляшет под чью-то дудочку.
Зову играть в культы, индоктринацию, токсик отношения (динамичные: ты мне мозги ебёшь, я тебе мозги ебу, может подерёмся пару раз под настроение), постепенно перерождающиеся в обычную неромантическую симпатию/сопереживание, а позже в попытки вылепить из моего персонажа недомессию. Куда и как это всё приведёт - понятия не имею, но сюжетов и идей у меня, как обычно, выше крыши.
С тебя: пост на подлёте, чтобы сверить вайбы, и кайфовать.
С меня: 2-4к, третье лицо, без птицы тройки, с большой буквой; постоянство, горение, хорошая компания и чилл.
Не бойся кбп - это гибкий сеттинг, который надёргал в себя всё самое лучшее из классики жанра, глубоко в него можно не погружаться; а если всё-таки хочешь устроить дип-дайв, и не только в адище Старой Сети - возьму тебя за руку и расскажу все приколы, которые есть в самых тёмных уголках тёмного будущего. пример поста Её тюремщики, единственная семья - замечательные и непримиримые, люди в корпоративных костюмах, белых халатах и циановой униформе - называли это разными именами: иногда "состоянием", временами - "особенностью восприятия цифрового пространства", но в основном "синестезией", исключительно в кавычках и с постоянными оговорками, мол, "за неимением лучшего термина". Сейчас, чем бы оно ни было, оно позволяло Зои не выгружать компилятор из памяти деки в непосредственное окружение, в этот дивный полуденный зной словно сошедший с полотен Уайета, а запустить ладони в измождённую жарой землю, прямиком по запястье, ощутить дёрн, камешки, корни сорной травы. Сжать в кулаке, вытащить на поверхность.
Алгоритмы, написанные терпеливой рукой кодера, были красивы и без дополнительных интерпретаций, но ей нравилось - так. Не засматриваться на строчки в окошке консоли, а пробовать мир наощупь, сквозь линзу, уже вшитую в объектив. Это превращало обыденные в общем-то, рукотворные чудеса во что-то по-настоящему магическое. Имеющее не столько почерк, сколько нечто наподобие ауры.
А ещё такой маленький фокус давал возможность хотя бы здесь чувствовать себя не ошибкой, а чем-то само собой разумеющимся, в своей стихии. Наслаждаться этим чувством украдкой, тем более если оно быстро закончится. Особенно если оно быстро закончится.
Как и покой размеренного разбора произведения искусства на атомы.
"Реальность" рассыпалась, вызывая в сознании почти физически ощутимую, животную тревогу - так воспринимается телом в виртуальной реальности прыжок в пропасть, шаги по канату, натянутому над бездной, удар ножом в брюхо: всё нереальное, всё искусственное, созданное по образу и подобию, и не сможет тебе навредить, но нервная система каждый раз готова с этим не соглашаться. До (иногда смерти) тошноты и слабости в коленках и облегчения, когда ходящие ходуном руки наконец снимут брейнданс-венок.
- Ну здравствуй, - послышалось как будто бы издалека, и призрачный вихрь битых пикселей поднял навстречу голосу голову, лишённую различимых человеческих черт. Не дав ни секунды на размышление, нетраннер продолжил: - Неправильно выбиваешь.
Небо и земля здесь дышали в том же уникальном ритме, что и битый фрагмент вражеского алгоритма, оставшийся в желудках Адских Гончих взломанной базы данных "Штормтеха"; в строительном каркасе карманной гиперреальности угадывалась рука одного мастера, схожее наслоение намерений, близкий разговор с функцией. Близкий настолько, что почти похожий на модифицированные Ихара-Грабб алгоритмы. А - очевидно - создатель, пронзительно-ультрамариновый силуэт, вооружённый парой кистей, возвышался над своим творением растревоженным, оттого яростным ками опалённых просторов.
Даже не поднимая глаз, Зои почувствовала: frenchfriedhobo не соврал, это - тот самый. Или та самая, не имеет значения - Сеть всегда была очень демократична в этих вопросах.
- Эти ноды я восстановлю за часа два, чумба. Могу сказать где прописал монолитный код, но мне интересно, раз такой умный, догадаешься?
Немного взвесив внутри все за и против бесед и сражений, призрак сформировал прорезь на месте рта: во имя иммерсивности и удобства, имитации связи с брошенным по ту сторону телом.
- Может быть, - прошелестело оно, и подняло с травинки крошечную божью коровку: семь точек на красном панцире, шесть лапок, глянцевое хищное зёрнышко. - Но я здесь не для того, чтобы разрушать... поделки.
Рассмотрев насекомое со всех сторон, вторженец отпустил бедолагу [восемь точек на панцире] обратно в траву и взглянул на хозяина (теперь уже) искажённой, заполненной раскалённым ветром предтечи Пустошей. Аватар художника был завораживающе хорош. Весь состоящий из оттенков сапфира, берлинской лазури, вспышек персидской сини - окутанный маревом, он больше напоминал океан, заполнивший воспоминание о человеке, и вышедший из берегов на враждебную землю. Красиво. Редкие нетраннеры заморачивались созданием кастомных аватаров, особенно в условиях Новой Сети, и не каждый из них мог позволить себе действительно сложные формы и переливы цветов.
Если она протолкнёт палец в кобальт грудины, он будет ощущаться как электрическое море? Будет сопротивляться, если Зои попробует найти между рёбрами узел, бьющийся в такт живому сердцу своего оператора? Ужалит её? Узнавать Зои не торопилась: кто знает, может в нетспейсе действовало то же правило апосематизма, что и в дикой природе. Или, что ещё увлекательнее, запоминающееся "лицо" могли надеть только самые (самоуверенные, а потому) опасные из дека-жокеев.
- Я всего лишь хочу задать пару вопросов, - заявила Зои, поднимаясь с колен и распрямляясь, потягиваясь всем полупрозрачным скоплением пикселей, словно не-тело успело затечь за десятки секунд в импровизированной ваджрасане. - Иероним, в феврале две тысячи семьдесят четвёртого в составе опергруппы "Милитех" взломавший кое-какую дата-крепость на очень хорошо охраняемом сервере в Сан-Франциско.
[восемь точек на панцире знали, что Хозяйка врёт Старому Хозяину, но эта новая точка не давала скрипту оповестить систему о вторжении; новый алгоритм как кордицепс, пророс под хитином, заставил зарыться в землю и искать то, что восьми точкам на панцире казалось теперь самой нужной и самой важной целью - локацию, из которой подключался Старый Хозяин.]
- Ты знаешь, что они у тебя на хвосте, но решил не прятаться подальше от Сети, - оно сделало шаг вперёд, неотрывно разглядывая движения аватара, как будто выискивая отголоски оставленных по ту сторону привычек и тиков. - Скажи мне, Иероним, это самоуверенность или глупость?
| |
